Обрядовая поэзия и песни эвенков - 2014 (Т 32)

ределённы х языковедами говоров. Немаловажную роль в современном смешении го­ воров сыграли упрямые попытки создания единого литературного эвенкийского языка, когда публикация всей письменной литературы эвенков была ориентирована на эту цель. Единого литературного языка эвенков до сих пор не существует, но многие былые говоры теперь невозможно идентифицировать. С полной уверенностью можно гово­ рить лишь о наличии наречий в современном эвенкийском языке и групп говоров, имеющих общие характеристики по территориальной близости расселения групп эвенков (к примеру, говоры эвенков Якутии, говоры эвенков Красноярского края, го­ воры восточных эвенков). По этой причине в томе не даны названия говоров, а лишь указаны место записи, род и место рождения информанта; если он менял место жи­ тельства, это тоже отмечено. Приемлемой характеристикой говора является принад­ лежность информанта к тому или иному роду. Например, эвенки рода Бута почти везде говорят одинаково — как в Южной Якутии, так и в Хабаровском крае и Амурской об­ ласти. По текстам тома языковеды смогут определить говор, а также в будущем про­ вести ревизию говоров, так как материалы тома записаны с 1 9 7 0 -х гг. по настоящее время, за исключением ранее публиковавшихся текстов из фольклорного сборника 1 936 г. и материалов М.Г. Воскобойникова. При переводе на русский язык учитывались особенности и специфика эвенкий­ ского языка. К примеру, для языка эвенков характерен суффиксальный способ слово­ образования: к одной основе слова может присоединяться несколько суффиксов, и каждый из них придаёт слову отдельное значение. Сложность перевода подобных слов на русский язык состоит в том, что все грамматические значения не удаётся передать одной русской словоформой. К примеру, слово демӯмӯлим имеет три суффикса. Де — корень слова от глагола деп-мй, дев-мй «есть, кушать», -мӯ — глагольный суффикс на- чинательности действия, следующий суффикс -мӯ — суффикс желательности, хотения чего-то, -м — суффикс 1 -го лица, который чаще всего при переводе приходится пере­ давать местоимением «я». Точный перевод слова демӯмӯлим — «начинаю хотеть есть я». Добавление к одному и тому же слову тех или иных суффиксов меняет его значение. К примеру: бэе — «человек», но бэемй — «плохой человек»; бэендё следует перевести как «большой человек»: попытка передачи его русским существительным «человечи­ ще» в большинстве случаев неприемлема. Другая особенность эвенкийского языка — обязательность употребления в речи притяжательных суффиксов, значение которых чаще всего приходится передавать тем или иным местоимением; иногда это «утяжеляет» русский текст. При переводе учиты­ валась и многозначность эвенкийских слов в зависимости от контекста. Например, гла­ гол к энэми («идти») часто имеет переносные значения «ехать, лететь, плыть», а также «жить»: Бй дяпкундяр атганыва нэнэм. — «Я прожил (букв, «прошёл») 8 0 лет». В по­ этической речи конкретное значение этого глагола зависит от того, в каком контексте, в сочетании с какими словами он употреблён. Также в переводе нередко приходилось менять порядок слов. Невозможно перечислить всё, что следует учитывать при перево­ де на русский язык, мы привели лишь отдельные примеры трудностей перевода. В примечаниях и комментариях даны сведения о публикуемых текстах: где, кем, когда и от кого они записаны, кто расшифровал текст и напев с магнитной ленты (если такая расшифровка была осуществлена); для ранее изданных текстов указан источник цитирования. Отсутствие сведений об аудиозаписи или публикации означает, что текст