Обрядовая поэзия и песни эвенков - 2014 (Т 32)

[обычай равного дележа добычи между людьми]. Это закон Неба» (подроб­ нее см. [Варламова, 2002, с. 51—59]). Эвенкийские ритуалы отражают опыт жизни в единстве с природой, которая для эвенков является и родным домом, и землёй, и верховным бо­ жеством Неба, матерью всего живого на земле (букв. Вселенная, Небо- мать, Мир). Эвенки говорят: «Всё создано Небом. Небо человека-эвенка кормит, растит и воспитывает». В обряде кормления духа огня обязатель­ но должна прозвучать благодарность Небу, традиционное изречение при кормлении духа огня: Бугакāкун, борйдякал! —«Великое Небо, одари [пи­ щей]!» либо: Ьугакāкун, бэе бинӣвэн сирāдякал! —«Великое Небо, удлиняй человеческую жизнь!» Эвенки считают, что Небо является основой жизни всего окружающего человека мира, от него целиком зависит человеческая жизнь. Законы, обычаи, права и традиции также даны человеку Матерью- Небом. С развитием шаманизма из общего представления о Небе, символизи­ рующем весь комплекс природных сил, возникли другие мировоззренчес­ кие образы: Дуннур-Эни (Мать-Земля), божество Айин-Майин — хра­ нительница человеческих судеб, небесная прародительница Энекан-Буга (Мать-Небо). По представлениям эвенков, Дуннур-Эни живёт в глубине земли и лишь иногда наполовину (до пояса) высовывается наружу. Мать-Земля яв­ лялась охотнику в исключительных случаях, в облике старушки с большими ушами, и если ему удавалось подержаться за её уши, то он получал удачу в охоте и богатство. Дуннур-Эни следовало благословлять осенью, чтобы она благополучно пережила зиму (текст 23 повествует об осеннем прощании с духом земли до весны), с ней требовалось прощаться и когда человек на­ всегда покидал родные края. Подобные тексты предваряют пояснения, как это следует делать: «...Той Земле-матери лоскутки подаришь - на послед­ ней стоянке, когда уезжаешь». В тексте 23 звучат извинения за то, что лю­ дям приходится покидать родные места: Дӯннӯр-энӣ, Земля-мать, Балдыдяк дӯннэвй эмэндем, Землю, на которой родился, я оставляю, һурōн һурудюрув - Навсегда уедем — Таргачйн киһалга оран... Такая нужда пришла... Верования в духов-хозяев конкретных мест, называемых иччи, отра­ жены в текстах 25—27. Считалось, что место, где стоит или стояло жилище эвенка, имеет своего духа, и с ним также следовало попрощаться при пере­ кочёвке на новое место.