Обрядовая поэзия и песни эвенков - 2014 (Т 32)

ницей А.П. Авеловой (текст 158). Ранее мы переводили дялер как хоровод «расшевеливания суставов» (тренировку тела) [Варламова, 2002, с. 156]. Сейчас мы уточним, что главное в данном случае —не тренировка тела и не буквальное «расшевеливание суставов». Слово дялан — однокоренное со словом дял («родственники, родова»). Хороводы водили на праздниках, где обычно собирались родственники, и их единение в хороводе имело особое значение. Дялер сплачивает всех членов рода, «расшевеливает» родову, объ­ единяя её в ритуальном действии. Как кости и суставы человека составляют его скелет, так каждый участник хоровода есть часть того костяка-скелета, который представляет собой род — дял. Интересен исполняемый и поныне хоровод малъчор иенгринских эвенков (с. Иенгра Нерюнгринского улуса Республики Саха). Все встают в круг, взявшись за руки. Ведущий запевает: Малъчор-малъчор, такес-такесі Все вторят запевале. В хороводе малъчор главным является движение: при­ седая, постепенно достигая земли, танцоры крутят согнутыми коленями в одну и другую стороны, таким же образом они поднимаются. Затем начи­ нается настоящее баловство: запевала толкает участников в одну сторону, в другую, прыгает, поднимая ноги, толкает рядом стоящего участника бёдра­ ми и т.д. И чем изобретательнее в своих движениях ведущий, тем веселее хоровод. Игровой элемент превалирует над другими аспектами хороводно­ го танца. Эвенки Тугуро-Чумиканского района исполняют танец хадэ (хадю) (от һāдэ {«родня, свойственники»)), очень близкий к эвенскому хэдъе (текст 160). В хадэ восточных эвенков сохранились черты, указывающие на его принадлежность в прошлом к обрядам. Согласно сообщениям С.И. Со- фронова из с. Тором и других информантов, хадю поют только мужчины, женщины не поют, танцуют молча; мужчины держат руки вверх, а жен­ щины —согнутыми в локтях; хоровод движется только в левую сторону, по ходу солнца; хадю исполняют в июне, когда идёт кета; начинают хоровод 5—6 человек, а к концу танца в круг могут входить до 60 танцоров. По сло­ вам сказительницы и песенницы К.П. Афанасьевой, хадю танцевали вокруг костра, иженщины надевали специальные танцевальные пояса с колоколь­ чиками, которые назывались конгактака (от конгактэ — «шарообразный бубенчик»). Она рассказала также, что для пения и танцев все эвенки соби­ рались в местности Бурукан (Борукан), где в конце XIX—начале XX в. про­ водились тунгусские ярмарки. Место это называлось Авландя («Большая долина»). К.П. Афанасьева исполнила традиционный запев хороводного танца, который зазывал в круг. Он напоминает описание игрищ в героичес­ ких сказаниях эвенков, где обязательны следующие слова: «Сдншгинмар