Обрядовая поэзия и песни эвенков - 2014 (Т 32)

движений. Вариантом этого танца был хоровод животных и птиц. Все вста­ вали в круг, запевала —в середину, он же показывал движения животных, а все повторяли» [Василевич, 1969, с. 234—235]. О любви эвенков к хороводным песням-танцам пишет А.М. Айзенш­ тадт: «...Бывает так, что танцуют с вечера всю ночь напролёт, а весной —не­ сколько вечеров подряд. В круг становятся мужчины и женщины —груп­ пами или, реже, вперемежку, берут друг друга под руки, сплетая пальцы и касаясь локтями друг друга. Раскачиваясь мягкими и плавными боковыми движениями, они двигаются по кругу либо короткими прыжками, либо переступая «нога за ногу». Направление движения —«по солнцу», но иног­ да оно в современной традиции может меняться либо по взаимному согла­ сию, либо по инициативе наиболее уважаемых участников хоровода. То же относится и к длительности танца. Мне, например, приходилось наблюдать в Тугуро-Чумиканском районе, как танцующие женщины минут через 10—15, как бы сговорившись, внезапно вскрикивали «и-их!» и сразу сади­ лись, отдыхая» [Айзенштадт, 1995, с. 31]. Общего термина для всех хороводов и их запевов у эвенков нет. Когда- то пение, сопровождающее танец, было не просто увеселением, а частью обрядового действа и не имело собственного названия, так как ещё не яв­ лялось собственно пением. Со временем у каждой локальной группы эвен­ ков появились свои запевы к конкретным танцам. Постепенно становясь развлечением, пение почти утратило обрядовое назначение, обрядовую функцию, но сохранило неразрывную связь с танцем. Песни к хороводным круговым танцам имеют очень разнообразные запевы и свою мелодию у каждой локальной группы эвенков. Для восточ­ ных эвенков характерны запевы дэвэ, гэсугур, манчорай, дялер , для эвен­ ков Красноярского края — ехор, иколэ-иколэ, хино-хино, хено и тд, Раз­ нообразие названий хороводных песен эвенков можно объяснить тем, что исторически эвенки проживают по всей территории Сибири и Дальнего Востока, Монголии и Китая до определённой степени изолированными группами. Лишь запев дэвэ знают все эвенки без исключения, даже в Китае и Монголии. Недаром информанты всегда говорят, что это «самый старый хоровод». Г.М. Василевич пишет, что икэн — это «песня-импровизация, пре­ жде — спортивное соревнование охотников-воинов, позже —танец под пение тут же импровизированной песни» [Василевич, 1969, с. 195]. К.М. Рычков отмечал, что «тунгусы очень любят состязаться в песнях и сле­ дить за состязаниями иметкими характеристиками певцов» [Рычков, 1922]. Но Е.И. Титов, собирая фольклор у северобайкальских, витимо-олёкмин-