Алтайские народные сказки. - 2002. (Т. 21.)

ра, подытоживающей текст: Окон' бери кижи тьтдулардьиг тилин бил- бес бохуп калган дийт 'С тех пор человек перестал понимать язык животных, говорят’. М.А. Толбина этиологические формулы в алтайских волшебных сказках характеризует следующим образом: «Очевидно, в них усматри­ вается взаимодействие сказок со сказками о животных, мифами. В содержание таких формул входят объяснения повадок животных, птиц, происхождение небесных светил, особенностей поведения персонажей (разных духов, человека), которые имеют связь с содержанием сюже­ та» [50, с 8]. Новеллистическим и бытовым сказкам этиологические фор­ мулы не присущи. Другая часть алтайских сказок имеет финальные или конечные формулы поучительного характера, в содержании которых в основном осуждаются те или иные поступки героя или его антипода Анайып, ]елбеген jemu бажыла пени де эдип болбой, бойыньиг тенек кылыгынан' ла ]уулгегинен' улам блуп калды. ]енуни Башпарак алды 'Так Дьелбеген со своими семью головами ничего не смогла сделать, погибла от своих глупых поступков и своей дурости. Победу одержал Башпарак’ (№ 19, бл. 12). Новеллистическая сказка «Две свояченицы» (№ 40, бл. 5) также заканчивается поучением: Ачабына, тенегине болуп, бай бауазы анайып длгдн дежет 'Жадность и глупость богатой свояченицы погубили ее, говорят’ . Иногда тексты оказываются без конечной формулы, но и фи­ нальные эпизоды сказки содержат в себе элементы поучения. В сказке «Тангзаган» (№ 24, бл. 7) жена героя, дочь верховного божества Юч- Курбустана из-за преследования ее людьми исчезла: Ол кунненг ала Уч- Курбустанныиг сары-кулер чачту кызын бир де кижи кдрббди. Танзаган бойы да керек дезе jepdeir де, тенериден- де таппаган 'С того дня русо­ бронзоволосую дочь Юч-Курбустана ни один человек не видел. Даже сам Тангзаган не нашел ее ни на земле, ни на небе’. Или же в сказке «Ездящий на семи рыжих конях Ёскюс-Уул» герой, следуя мудрым советам жены, преодолел все препятствия, но из-за собственной ревнос­ ти потерял жену небесного происхождения и лишился своей жизни. Элемент поучения есть и в концовке бытовой сказки «Дьарым-Кулак» (№ 37), в которой герой, устраивая всем различные неприятности, сам наказан. Подобные финалы, конечно же, содержат в себе поучение, но примеров в алтайских сказках с конечными формулами назидательно­ поучающего характера немного. В основном в алтайских сказках конечные формулы, связанные с событиями в сказке, сообщают о благополучном продолжении жизни