Сибирские огни, № 4, 2014

ряды свекольных ростков. Теперь уже поглядывали на солнце — когда же оно скатит­ ся на запад. Но это жгучее жёлтое пятно упорно не хотело уходить с летнего неба. Я в звене была самая маленькая — и ростом, и возрастом, постоянно отставала. Моя старшая сестра всегда мне помогала. Она была очень сноровистая в любой работе. Дополов свой рядок, она становилась на мой ряд и полола мне навстречу. Ей всегда доставалось больше других, как только она выдерживала это? Вечером та же самая публика возвращалась в деревню всё с теми же тяпками на плече. Конечно, нехитрый рабочий инструмент можно было бы оставить в поле, никто бы его не тронул, но ведь дома-то предстояло ещё работать на своём огороде. Сколько зарабатывали про- полыцицы за такой труд? На трудодни, заработанные на прополке и уборке сахарной свёклы, по итогам года выдавался сахар. За один сезон мы с сестрой вдвоём заработа­ ли мешок сахара, то есть 50 кг. После денежной реформы 1961 года один килограмм сахара стоил 78 копеек. Умножаем 50 кг на 78 копеек, получаем сумму 39 рублей. Де­ лим на 2. Каждая из нас заработала по 18 рублей 50 копеек за такой каторжный труд. После прополки сахарной свёклы начиналась пора сенокоса. Косили конны­ ми косилками и вручную. Мы, дети, были тут же, без нас обойтись никак нельзя. Сгребали сено, копнили, подкапнивали, когда шло стогование. Как подкапнивали? На лошади, без седла, сидел парнишка лет 10-12. С одной стороны к уздечке крепко привязывалась длинная верёвка, другой конец верёвки свободно волочился по зем­ ле. Лошадь, под управлением ездока, аккуратно обходит копну, в это время надо под­ вести верёвку как можно ближе к копне. Свободный конец верёвки привязывается с другой стороны уздечки. Центр верёвки обкручивается пучком сена и устраивается в нижней части копны. Наездник легонько понукает лошадь, она плавно сдвигает с места копну. Если сено в копне уложено хорошо и уже немного слежалось, а верёвка подведена правильно, то можно встать сзади копны на верёвку и вместе с копной доехать до места стогования. Доехав до стога, седок отвязывает один конец верёвки, лошадь продолжает идти, а копна остаётся на месте. Если копна разваливалась, то всё надо было начинать сначала. Так копны подвозили к стогам. Эта работа была не трудной, если не считать, что сухое сено кололо босые ноги и руки и копны иногда рассыпались. Когда юных всадников снимали с лошади (сами они уже слезть были не в состоянии), встать на землю они не могли — от долгого сиденья ребячьи ноги отекали и немели. Их усаживали на землю, растирали затёкшие конечности, отпаи­ вали водой. Г 1 о рассказам бабушки, когда она была девочкой, то подкапнивала точно так же — прошло более 60 лет, а ничего не изменилось. Бабушка всегда интересова­ лась, как прошёл день, много ли копён развалилось, советовала, как лучше сделать. Так что за полвека в сельском хозяйстве, хоть оно и стало коллективным, измени­ лось мало что. Метать стога, или, как говорили на селе, ставить зароды сена — большое искусство. Тут нужна мужская сила и сноровка. На стогу всегда работали молодые парни или мужчины — из тех, которые уцелели на войне. Помню одного их них, калеку, с неказистым приспособлением вместо ноги. Это был круглый дере­ вянный чурбачок, системой ремешков этот заменитель ноги привязывался к культе. Книзу он постепенно сужался и заканчивался круглым усечённым цилиндром. На подошву небольшого в диаметре цилиндра набивалась резина, чтобы при ходьбе не скользила и не так быстро изнашивалась деревяшка. Протез проваливался в рыхлое сено, доставляя неудобство стоговому, замедляя его действия. Он старался не отста­ вать от других, изо всех сил пытался доказать, что он не хуже, что он не ущербный, а полноценный мужик. Сено подавали на стог женщины, девчата и ребята-подрост­ ки. Все подбадривали калеку, старались подавать ему навильники поменьше и по­ легче, и с щемящей болью смотрели на этого совсем ещё молодого, но пожизненно обременённого такой нелепой травмой человека. В деревне взрослели рано. Парни были сильные, соревновались, кто возьмёт на вилы больше сена. За один приём по­ давали на стог по целой копне. Сенная труха сыпалась за ворот, царапала, колола потное тело. Работать без рубахи, раздетым до пояса было не принято, приходилось терпеть. Девчата, молодые женщины — все в платочках, надвинутых до самых глаз, чтобы упрятать лицо от лучей палящего солнца. Но это не помогало. Лица у всех были коричневые, задубелые. А так хотелось походить на киногероинь! Не полу­ чалось, не та обстановка. Пахло скошенными травами, дурманил пряный запах дон­ ника, но этого никто не замечал. Берёзки так манили в тень, хоть на минутку. И если эта вожделенная минутка выпадала — это было безмерное блаженство! ЛИДИЯ АНАНЬЕВА. НАПОМИНАНИЕ О НЕДАЛЕКОМ ПРОШЛОМ