Сибирские огни, 2013, № 7

увеличились. Однако жалобы на ее однообразие (суп с капустой и каша) продолжа­ лись, и в целом рабочие оценивали свое питание как недостаточное. Снабжение иностранцев продовольствием и предметами первой необходимос­ ти осуществлялось через особую систему Инснаба, в магазинах которой можно было наблюдать относительное разнообразие продуктов, но и достаточно высокие цены. Однако даже в магазинах Инснаба нельзя было купить лук и другие овощи, свежую рыбу и свиное сало, крупы, горох. Раздражало также оскорбительное отно­ шение партийных и хозяйственных функционеров к требованиям трудящихся. На собрании немецких рабочих на Байкайме по поводу прекращения выдачи масла иждивенцам заведующий конторой Инснаба, сам бывший «американец», член партии Дубецкий заявил рабочим: «Если вы к нам приехали есть масло, то вы можете ехать обратно, а мы его скушаем и без вас, там есть еще много безработных, мы выпишем еще больше»31. Чтобы свести концы с концами, купить овощи на рынке, даже те рабочие, кото­ рые получали 250 руб. в месяц, были вынуждены добывать деньги продажей вещей, привезенных с собой из Германии. Недовольство немецких горняков выражалось в многочисленных жалобах, ко­ торые они высказывали в магазине, столовой, на партийных и рабочих собраниях. Многие, только разведав обстановку на месте предстоящей работы, поворачивали обратно. Когда выяснилось, что руководство не в состоянии осуществить свои обе­ щания, началось повальное бегство в Германию. Уже к середине ноября 1932 г , согласно данным Гросскопфа, из Новосибирска выехали около 200 рабочих со свои­ ми семьями, среди которых было около 50 женщин и детей32. Власти предприняли отчаянную попытку задержать всех, объявивших о своем возвращении на родину. «Все рабочие, — писал Гросскопф, — которые заявили об увольнении, чтобы вернуться в Германию, были сначала на месте обработаны партий­ ными органами. На собраниях их заклеймили как “контрреволюционеров” . Имели место и угрозы. Примерно 16 немцев, которые около шести месяцев назад сумели сбежать из Германии из-за политических преследований и заняли здесь ответствен­ ные посты или жаждут занять таковые, особенно отличились при терроризировании своих новых товарищей. Если эти мероприятия не имели успеха, неприятности про­ должались. Затягивались на дни и недели расчеты, удерживались паспорта. Когда реэмигранты прибыли в Новосибирск, их снова подвергли обработке руководители угольного треста, партийных и профсоюзных организаций. Им предлагалась работа в Донбассе, на Урале и на других промышленных стройках < ...> . Одновременно продолжались и каверзы. Власти удерживали их паспорта, отказывали в размещении и питании и создавали трудности в приобретении проездных билетов»33. Большая группа возвращавшихся на родину рабочих была задержана в Новоси­ бирске во второй половине октября 1932 года на 10— 14 дней. 17 человек выехали в Москву без оформления документов34 и искали затем поддержку в посольстве. Кон­ сул связывал эту задержку со стремлением советских властей не допустить их воз­ вращения на родину до начала выборов в рейхстаг, чтобы не подрывать авторитет КПГ Он писал, что понадобилось приложить большие усилия, чтобы их отправить. Сложности заключались в необходимости обеспечить возвращавшихся рабочих вре­ менным жильем в краевом центре, продовольствием — не по рыночной, немыслимо высокой цене. Главную головную боль создавала отправка несостоявшихся строите­ лей социализма по железной дороге, поскольку поезда прибывали в Новосибирск уже переполненные до краев. «Так как руководство угольного треста, его партийная и профсоюзная организации чинят всевозможные препятствия, размещение, продо­ вольственное снабжение, приобретение виз и отправка каждой группы требуют кон­ сульского вмешательства», — писал Гросскопф. В это время он констатировал также еще вполне корректное отношение краевых властей к его проблемам. При наличии оснований визы, как правило, оформлялись в течение положенных 48 часов. Власти по его просьбе помогали размещать беженцев в бесплатном общежитии «Кузбас- сугля», обеспечивали их столовыми карточками и продуктами по твердым ценам из магазина Инснаба для пятидневного пути до Москвы, помогали с билетами на поез­ да. Но уже тогда это требовало неоднократных продолжительных переговоров с кра­ евым правительством, которые в большинстве случаев проходили «на грани»35. 31 ГАНО. Ф. 11 с/р-627. Оп. 2 а. Д. 21. Л. 22. 32 См.: PAAA. Bd. 82. 33 См.: Ibid. 34 Письмо зав. Инобюро КСПС Эльснера в Краевой комитет угольщиков от 19.10.1932 г. См.: ГАНО. Ф. 11 с/р-627. Оп. 2 а. Д. 22. Л. 170—171. 35 См.: РА АА. Bd. 82. 171