Сибирские огни, 2013, № 7

тарелка или взбодренный перцовкой пожарный принял за спускаемый аппарат ржа­ вый смывной бачок, валявшийся в траве, — никому не ведомо. Недавно газеты сооб­ щили о том, что некий лесник под Костромой вел огонь из берданки по окружавшим его заимку «чеченским террористам». После пленения впавшего в белую горячку патриота врачам пришлось перемещать его из паранормального мира в нормаль­ ный, о чем бедолага, вероятно, сожалел. Приведенные выше факты показывают высокую внутреннюю готовность на­ шего населения к принятию проявлений паранормального мира. Если вы возьме­ тесь кого-то всерьез убеждать в том, что температура комнатных батарей напрямую зависит от степени «повернутости» к Земле колец Сатурна, то обязательно найдется поверивший в это. Если предположить, что пропавшие из механического цеха сталь­ ные болванки были приспособлены пришельцами для латания их звездолета, то это может устроить очень даже многих. Формы нашего сознания и быта таковы, что здравомыслие и порядок нередко квалифицируются как опасное отклонение от нор­ мы, а заведомый абсурд — обретает качества подлинности. Конечно, пределы паранормальности зависят в первую очередь от нас самих. Я знаю людей, которые самой вопиющей несуразицей нашей жизни считают явление на шпилях российских присутственных мест «царских» триколоров. Воспоминания о крас­ нокумачовом прошлом и о колбасе по два двадцать заставляют их беспокойно воро­ чаться на капиталистических лежанках. Для кого-то высший уровень паранормально­ сти — непьющий человек. Для одного время и пространство искажаются при виде по окна провалившейся в землю избушки, для другого — при виде новорусского особня­ ка. Найдется и тот, кто назовет саму Россию этаким историческим альбиносом, чудо­ вищным сгустком паранормальности, который не объехать ни на каком тракторе. Я тоже внутренне готов отнести многие явления нашей жизни к разряду пара­ нормальных. Оборванные и голодные дети, клянчащие у прохожих мелочь; матери, бросающие своих новорожденных младенцев; семьи, живущие на ежемесячное жалованье в тысячу рублей; напоминающий свалку мусора весенний город; пустая консервная банка, прикрывающая, подобно феске, бронзовую голову литератора Писемского, — да мало ли что еще может показаться нам запредельной страннос­ тью. Действовать названные явления могут посильнее, чем НЛО, зависший над че­ буречной, или, к примеру, телекинез. Разве не аномален высокого ранга чиновник, руководящий очень ответственной и хрупкой сферой нашей жизни и поражающий всех своим очевидным невежеством! Наша неистребимая вера в случай, в пустые обещания и слова, наше наивное упова­ ние на власти предержащие — все это тоже находится за порогом нормальности. Как нечисть тяготеет к чердакам, подвалам, заброшенным домам и кладбищам, так приметы паранормального мира липнут к человеческой безответственности и глупости, к житейской неустроенности. Я верю пансионатному пожарному: где- нибудь в костромском лесочке лежит сейчас припорошенный снежком космичес­ кий корабль инопланетян, вернувшихся на свою историческую родину. КОСТРОМА НОВОРУССКАЯ Год от года, день ото дня хорошеет Кострома. Рядом с покосившимися избушками эпохи Александра III прорастают новорус­ ские особняки с витражами и бельведерами. Затрапезные продмаги превращаются в сверкающие зеркальными витринами супермаркеты, где можно купить севрюжа- тину, плоды авокадо и замороженные лягушачьи лапки. Словно гадкие утята в лебе­ дей, унылые учреждения и конторы волшебно преображаются в фешенебельные офисы фирм, где жужжат умные компьютеры и от подтянутых служащих пахнет дорогим одеколоном. Душа радуется, когда открываешь сегодняшнюю костромскую прессу, в кото­ рой скучные «вести с полей» давно уступили место пестрым рекламным полосам и объявлениям об элитном досуге. Семимильными шагами возвращаются в нашу жизнь казавшиеся безвозвратно утраченными представления, символы и понятия. Конечно, новое пробивает себе дорогу с трудом. Кое-где еще мы встречаемся с досадными рецидивами прошлого. Нет-нет да и резанет глаз криво накарябанное на листке бумаги «Пива нет» или раздражающе-стандартное «Молоко», «Колбасы», «Хлеб». На автобусном вокзале можно увидеть надпись «Касса дообилечивания пассажиров», навевающую воспоминания о хрущевско-брежневском безвременье. Однако стоит взглянуть на другую сторону улицы, как душа преисполняется востор­ гом: на красном кирпичном здании магазина красуется впечатляющий росчерк 161 АЛЕКСЕЙ ЗЯБЛИКОВ ПРОВИНЦИАЛЬНАЯ СТОЛИЦА