Сибирские огни, 2007, № 4

АЛЕКСАНДР АФАНАСЬЕВ МУРАШ ВЕЛИКИЙ Воспользоваться замешательством штаба ничего не стоило, а уж затереть пару десятков дряхлых генералов— тем более. Никто из замшелых пискунов не пикнул напоследок, все очень быстро произошло. В итоге все лавры достались новому Пер­ вому, назвавшемуся Головорезом (о нем как-нибудь после), и мне. А отход грозной армии Истребителя Вшей к переправе, вразрез с первоначальным планом, приписа­ ли единственно моему прозорливому уму. А как еще скрыть преступное своеволие нынешнего национального героя? Пусть уж лучше о нем благоговеют. Вчерашние рыжие диктаторы, канувшие в лету, очень ненавидели друг друга. Поэтому было чистой случайностью их одновременное нападение, нежданно со­ впавшее. Но как только утонувшего Канта сменил хитрый Юн, а растерзанного Зяб­ ликом Батиста — Огюст, жду беды. Эти договорятся. Новый Первый Великий, не хотевший делать меня Седьмым, недолго насмехался над этими опасениями. Головореза обвинили в предательстве сразу после победы (пришлось лжесви­ детельствовать). Гай мне тогда очень помог, без него бы я не перескочил с двенадца­ того на долгожданное седьмое место. Не знаю уж, на что он сам рассчитывал, навер­ ное, купился на щедрые посулы занять мою должность. Но поскольку «великий» Гай ни за что бы не захотел отсиживаться в конце первой дюжины, пришлось им пожер­ твовать. Хотя совесть до сих пор гложет... Субботаг 00.59. Великий Один из клана черных: Я встрепенулся. Надо же, мать честна, чуть не заснул. ВДоме, бывало, проворо­ чаешься до самого утра, а здесь, в преддверии битвы, когда каждый мускул должен быть напряжен до предела, отключился. Благо, всего на несколько секунд, никто не успел заметить. Хорош был бы верховный жрец и главнокомандующий. — Прокуратор, бойцы наверняка засыпают в такой благодати, распорядись, чтобы всех привели в чувство. Сам бы томно захрустел косточками, потянувшись. Хорошо, что у меня их нет. — Сейчас сделаю, Копейник, — откликнулся Великий Два. — Ты мне ответь только, почему мы боялись такой красоты? — Ты тоже это считаешь неповторимым?.. Мы смотрели друг на друга пристально, обмениваясь феромонами. У нас не было ответов. У нас в головах ворочались одни вопросы. Мы даже на какой-то мо­ мент забыли про подковерную борьбу и связанную с этим личную неприязнь. — Давай-ка разберемся со всем после победы. Суббота. 01.24. Великий Один из клана черных: Тишина уже не та, она не расслабляет. Она будит разум, заставляя сжаться для прыжка. Что-то изменилось, хотя яркий ночной диск только стронулся вниз. Всей ниточкой мозга чувствую, как напряглось мое воинство, никто не спит, не надо тол­ кать под бок дремлющего соседа. Из Грибной канавы вернулся первый разведчик (еще из тех, что прибыли от Железняка). О том, что пропал второй, я узнал лишь после допроса рыжих. Невреди­ мый везунчик Кагуляр недоумевает до сих пор. Что, мол, могло случиться с его приятелем в этом тихом месте, дальше всех окраин удаленном от норы? Знамо что. Если бы я не отозвал войска и «рабочих» отовсюду, мы бы, возможно, уже знали наверняка. Понятно и сейчас, непонятно только направление главного удара врага. При­ шлось войска расположить так, чтобы прикрыть все направления сразу. На первое время. А когда станет ясно, откуда пожаловали гости, бросить их, приберегая резер­ вы, в главную мясорубку. План рыжих на эту ночь ясен и прост. Пользуясь полным отсутствием постов и охранений, не только вплотную подойти к Дому, а облепить его войсками, как роем пчел, от подножия до потолка. Вздрогнул, как представил, что два с лишним миллиона рыжих разгрызают со всех сторон стены, даже не заботясь о захвате шестнадцати ворот, как врываются и сеют смерть среди сонных и спящих челюстями. Этот рыжий Пикур мог успеть предупредить своих, что мы догадались о ноч­ ной атаке. Тогда их план постепенного охвата должен будет измениться. Раз есть линия обороны, значит, ее надо рвать в одном или двух местах. Зря я оставил его в 7 2 живых, заигрался в благородство. Чрезвычайное положение обязывало меня умерт­