Сибирские огни, 1928, № 6

О« поймал ее на речке, где она полоскала белье, и, опустившись рядом с нею на корточки, стал смотреть заблестевшими от возбуждения глазами на ее обнаженные руки и голые ноги. — Уйди, чорт!—замахнулась на него Аграфена мокрым бельем.—Чего ты уставился, бесстыдник? — Класиво!..—широко осклабился1 Пао.—Шибко класиво!.. Наша лю­ бит такая. Веселый и емеясся!.. Шибко холошо! — Я тебе покажу «класиво»!—безуспешно пытаясь принять грозный вид, крикнула Аграфена и обладила на себе высоко' подобранный подол юбки.— Ишь, тоже разгорелся!., кобель!.. Смотри у меня! Но Пао' не испугался ее грозного вида. Его не испугали ее сердитые сло­ ва. Он видел искорки смеха в глазах женщины и сам смеялся, сверкая зубами и сияя лоснящимся гладким лицом: — У-у! голячий какой!., голячи!.. Ш-ш-ж!.. — Вот ожгу я тебя!—пригрозила Аграфена.'—Ты и отведаешь, какая я горячая! Пао еще [лире усмехнулся, еще блистательней засверкал зубами и со­ щурил глаза: — У-у!.. Сыкуссная!.. Пастила! — Подавишься! — Не-ет!—замотал китаец головою.—Шибко сыкусная... Моя не по- давися! Перебрасываясь с ним шутками и смешком, Аграфена следила за раз­ горевшимися огоньками в глазах китайца, за живым трепетом его ноздрей, за нервной игрой костлявых пальцев. Пао' перебирал ими, словно играл ка­ кими-то невидимыми гладкими и скользкими шаржами. Руки эти, шевеля­ щиеся пальцы внезапно влили в Аграфену беспричинную, непонятную трево­ гу. Она быстро собрала белье и, не окончив стирку, поспешно вышла из воды. — Чего ты сохнешь тут?—злым голосом, который изумил Пао, крик­ нула она.—Ишь, расселся!.. Видал какой ловкий!.. Ступай ступай!.. — Да ты посему кличи?—отстраняясь от нее, примирительно забормо­ тал китаец.—Моя без кличи ходи домой. Ты посему кличи? Он попятился от нее и проворно пошел прочь. Аграфена несколько раз оглянулась в его сторону прежде, чем вновь спустилась к воде и занялась прерванной стиркой. С этого1времени она начала держаться настороже даже днем. Она под­ мечала и предупреждала все попытки Ван-Чжеиа, Пао и других завести с ней беседу о сожительстве, и стала подумывать о том, что с мужиками скоро при­ дется говорить начистоту. Говорить со всеми вместе, так, чтобы им стало стыдно друг друга, чтоб они последили один за другим и чтобы они вспомни­ ли об уговоре, который заключили с нею при найме. 8 . Однажды, накормив китайцев обедом, Аграфена пошла к речке, а потом передумала и направилась в сторону пашни. Китайцы прилегли после сытой еды вздремнуть в тени; вокруг зимовья стояла сонная тишина, над речкой зыблилось еле заметное марево. Знойный день застыл, как тугое стекло: замерли тальники, изнемогая от жары, слег­ ка пожухли травы. Редкие звуки—полет стрекозы, писк птицы и стук сорвав­ шейся с ели шишки'—вдрагивали в воздухе смутно' и неясно. Хорошо протоптанная тропинка, по которой тихо и бесцельно шла Аграфена, скоро вывела ее на поляну. Она остановилась и увидела густое зе­ леное поле, недвижно покоившееся под жарким солнцем*. Свежая светлая зе­