Плитченко А.И., Избранное-2000

данская война в России — основное содержание истории нашей страны в XX веке, здесь корень всех наших проблем, бед, несчастий. Но и другое провидел Александр Блок. Он провидел трагические последствия несов­ местимости Власти «новых апостолов» (Петра) и Народа, почвы (Ивана). Мы до сих пор видим, что любое послабление властей, любое движение власти навстречу народу, будь то хрущевское «потепление» или горбачевское дозволение свободы печати, собраний, много­ партийности и пр. — заканчиваются тут же трагически и даже кроваво. Сближающиеся разнозаряженные гигантские объемы — рождают столь сокрушительные разряды, по срав­ нению с которыми любая гроза — не громче детской погремушки. Мы наивно полагаем, что можно возродить (воскресить) Святую Русь в Кремле, сте­ ны которого ограждены от мира кровавыми пятиконечниками, мавзолеем с мумией «про­ рока новой веры» и прахом его «апостолов». Ибо это внешнее — свидетельство внутренней сути власти. Как лишилась она Божественной благодати в 17 году, так до сих пор не обрела ее. А если не от Бога, то от кого же? Лишенная благодати, может ли она при всех своих потугах и при всем старании стать для почвы России — БЛАГОДАТНОЙ? Вот в чем исторические пророчества Александра Блока. А не в том, что на Русь при­ шел антихрист. Антихрист с нашего пространства и не уходил, во все века толкая людей на злые дела. Конспективно излагая свое прочтение «Двенадцати», кратко коснусь финала поэмы, который вызывал и вызывает самые разные толкования у читателей и исследователей. К финалу поэмы земные цели «апостолами новой веры» достигнуты: Святая Русь (Ка­ терина) убита, Петруху избавили от человеческого во имя нечеловеческого «державного шага». Более того, сам сатана в символическом и расхожем образе ПСА плетется за «апосто­ лами», ожидая поживы от очередных разбойных действий. Но кроме России земной — есть еще и Россия Небесная. Эта последняя и главная цель дьявольских «апостолов». Потому они гонятся, стреля­ ют, пытаются поймать Того, Кто их ведет. Они стреляют в Христа. (Вспомните, сколько выстрелов было сделано в священников, сколько храмов было разрушено по лику России, сколько душ загублено безверием и озверением! И все это про­ видел Александр Блок). Но он провидел и то, что Россия (духовная, небесная) необорима. Усилия «апосто­ лов» тщетны, ибо Бог всесилен и поругаем не бывает. Спаситель, идя за вьюгамл, выводит русскую власть не к погибели России, а к спасе­ нию. Вэтом настолько глубинное прозрение поэта, что он и сам не до конца в него верил, не до конца понимал — что же у него написалось и почему в конце поэмы — Христос, а не «другой». Пути «другого», будь то Ленин-Сталин или еще кто, сидящий временно в Кремле,— коротки, а путь России — вечен и спасителен. Кровавая хоругвь («впереди, с кровавым фла­ гом...») в руках Спасителя — это тот самый КРЕСТ, на котором — по провидению поэта — была и остается распятой Россия. Менее всего мне хотелось бы полемизировать с кем-либо по деталям, но и белый вен­ чик из роз на главе Спасителя — это тот же терновый венец с язвящими шипами, только усыпанный русским снегом. Для меня это убедительно, если еще вспомнить стихотворения Тютчева, Есенина, других русских поэтов, написавших Христа, проходящим по Руси. Не первым Блок увидел Спасителя на русской земле, но он увидел Его, а не «другого», хотя слабостью или усталостью духовного зрения в какой-то момент готов был увидеть не Спа­ сителя, а нечистого, о чем и написал в своем дневнике со смятением: по всему эту разбой­ ную власть должен вести «другой» (антихрист), а ведет Христос! В том-то великая правда России — гналась наша власть за Христом («Все равно тебя добуду, лучше сдайся мне живьем!..»), да только Веру невозможно оружием ни стяжать, ни уничтожить. Пути же Спасителя и всех, кто вольно или невольно (как герои «Двенадцати») следует за ним — только ко спасению. И в том вечная и светлая надежда, в том главное слово Александра Блока.