Плитченко А.И., Избранное-2000

Детей моих курчавых береги. Разумно регулируй их питанье И выходи замуж за порядочного человека... Уж похоронная телега Стоит под окнами. Где пунш? Пунш выпит. Съедены миноги, А я в волнах мирской тревоги Последний принимаю душ. Я ухожу. Играйте туш. На чертеже земли Московской Невы полоска аки уж... Крадется кошкою Жуковской. В окошко высунулся щеголь. Пошел на двор Татьянин муж. И по бульвару ходит Гоголь С тяжелой ношей мертвых душ. У-фф! Тяжелый случай... Однако подведем промежуточный итог. Тысячелетию Кре­ щения Руси — воздано. России — воздано. Москве и москвичам — тоже. Пушкину с Гонча­ ровой — досталось. Еще раз обратимся к статье С. Гейченко в «Правде» ( 6 ноября 1989): «Пушкин раздви­ нул пределы Отечества. Он необходим миру. Он — достояние мировой культуры. И вот сейчас, когда у нас неспокойно, кое-кто опять пытается «свалить» Пушкина. В Кишиневе, например, как мне стало известно, был осквернен его памятник, поставленный там более ста лет назад. Как назвать такое? Это удар не только по душе русского, советского человека, но и по душе человека вообще. Только представьте, на что замахиваются эти ослепленные ненавистью люди!» Но не думайте, что наши авторы «закладывают» только под отечественное. Они и иностранцев не щадят: Селедка Снайдерса, и Босхова медуза, Головоножек слепорожденный балет — Услада Брейгеля, и персями на пузо Спускался рубенсовской пассии портрет. Стрекозы падали на лапы инфузорий. Жучок червю хмельную чару подносил. Рембрандт подсчитывал мечи в ночном дозоре. К водопроводчику стучался блудный сын. (Александр Беляев) А Виктор Кривулин проходится — с тонкой иронией и пр., пр.,— сразу по Фрагонару, Саврасову, Глазунову, Федотову, Брюллову... Последний поминается в тексте-монологе отъез­ жающего из России очередного борца: ...Но отсюда, от казенного шитья удавчатого и души под кителем, я не возьму ни лоскутка зеленого! ни образка с Пантелеймон-целителем! Стрикучими суставчатыми тварями Вокруг него кружили междометия... «Не жить ему»,— подумала. И зарево На западе расширилось. Ответило. Александр Беляев (Белов), кроме означенных Снайдерса, Босха и др., поминает «не­ злым тихим словом» много кого и чего: бред Орфея, весталок-девочек, виды Фракии, лядвеи Тантала, пламя Тартара, эвфри- дическое тело, Лейлу, Гекубу бледную, немую Филомелу, Гекубу-девочку, Эфридиче, Архи­