Плитченко А.И., Избранное-2000

В долине светлой Кыйгылык15 Движенье плясок круговых. Белеют сала — облака, Мясная высится гора, Не иссякает арака16, И от утра и до утра Не умолкает шумный той В стране алыпа золотой. День ото дня все веселей Той длится, восемьдесят дней. Худые псы — овец жирней. Пир длится девяносто дней, Раоы — властителя вольней. Пирует весь его народ, И в беспорядке бродит скот. Услышав шум, увидев той, Алып качает головой: «Пируют все мои края, Гуляет каждая семья. В былые годы мой народ Венчал весельем честный труд. Зачем теперь он в будни пьет, И в честь чего пируют тут? Неужто близок страшный час, И арака в последний раз Пьянит седых и молодых, И ожидает смерть одних, Плен унизительный — других?» Он книгу мудрую достал — Узнать пути-причины бед, И всю ее перелистал — Ответа в лунной книге нет. Не знает мудрая сутра17— Кто победит Маадай-Кара. Седою головой поник, Сидит и думает старик: «Я знаю: где и кто живет, Все племена наперечет, И здешних, и соседних стран Известен мне любой каан . Я — старший, верх над ними взял, И никогда я не встречал От давних юношеских дней Кезера, что меня сильней. Быть может, угрожает мне, 15 О й г ы л ы к , К ы й г ы л ы к — долины эпической страны 16 . А р а к а — молочная водка. С у т р а ( с а м р а ) — книга судьбы. К а а н — родоплеменной вождь в период «военной демократии», алтайская форма понятия «каган», «хан». На сером ездящий коне19 Кезер Кара-Кула каан — Кровавоглазый великан? Сюда не он ли держит путь? Его боялся я чуть-чуть, Когда мне было десять лет, Ужель теперь, когда я сед, Алтай решил он разорить И мой народ поработить?» Маадай-Кара взглянул туда, Где тень бросает на стада У серо-пепельной горы Железный тополь без коры; Где голая, как кость, земля, Как череп голые поля. Где слышится смертельный стон, Где кровяной течет туман И где кааны ста племен Бредут с дарами на поклон. Там злой Кара-Кула каан Пьет кровь живую ста племен. Озера крови выпил он, И сотни сотен съел людей Лишенный жалости злодей. Из темноты земных глубин Железнокостный исполин Насильно взял Эрлика дочь — Шаманку черную, как ночь. В стране, где гор железный свет, Он с ней живет уже семь пет. Любимице Эрлика злой Про все известно наперед, Сидят шулмусы под землей — Ее бесчисленный народ. И видит все Кара-Кула, Что на земле скрывает мгла, Решил он нынче — навсегда Алтайский мир развеять в прах, Аилы сжечь, угнать стада, Повсюду сея смерть и страх. И думает Кара-Кула: «Чья голова, как снег, бела, Кто ест и пьет из серебра, Не много ли скота-добра У старика Маадай-Кара? Богатство захвачу его, Рабами сделаю людей, Пленю алыпа самого», — Угрюмо думает злодей.