Плитченко А.И., Избранное-2000

...меня повысили по службе, жена все настойчивее и мечтательнее стала поговаривать о продлении рода человеческого путем рождения ребенка в нашей здоровой семье. Я сказал ей, что обязательно подумаю об этом, но занятость в новой должности и в деле окончательного оформления теории практического закаливания отнимали массу времени, и на решение воп­ роса о продлении рода человеческого просто-таки не хватало времени. Это положение усугуб­ лялось еще и тем, что я принял решение — обнародовать роман «Струя» посредством редак­ ции журнала, которая находилась в большом сером здании рядом с моей конторой «Новоси- боблразнобыт». Я сознательно выбрал самый ближний в пространстве журнал. Я знал, что наиболее короткий путь обычно оказывается самым длинным, но пошел на это, чтобы в долгом пути проверить еще раз на практике степень своей закаленности. 11 Я принес роман для публикации в девять утра, накануне отпросившись на службе. В сером, сумрачном коридоре все двери были заперты. Я ждал долго, стоя на балконе в конце коридора. Потом нервно пообедал. Заглянул на службу. Снова вернулся в редакцию. Было около трех часов дня. Брюнет, развалившийся на диване в комнате с надписью «Отдел прозы», направил меня в другую комнату, сказав, что там сидит Т а м а р а , которая должна предварительно з а р е г и с т р и р о в а т ь рукопись. I а м а р а поставила на первой странице романа прямоугольный чернильный штамп и записала некоторые мои анкетные данные в большой амбарной книге (Ф.И.О., адрес, род занятий, сл. тел.) Я поинтересовался, когда мой роман будет опубликован. Т а м а р а не ответила мне и предложила з а р е г и с т р и р о в а н н у ю рукопись от­ нести обратно в комнату с надписью «Отдел прозы». — З а р е г и с т р и р о в а л ? — равнодушно спросил меня брюнет, не поднимаясь с дивана. — З а р е г и с т р и р о в а л,— ответил я. — Хорошо. Оставьте. Постараемся прочитать быстро. Позвоните через пару месяцев. — Как? — недоуменно спросил я. — По телефону,— ответил брюнет (прическа его смахивала на театральный парик). — Зачем же читать? Напечатаете в журнале, тогда и прочтете,— сказал я, полагая, что нет никакого смысла читать одному человеку роман мой целых два месяца, когда в напеча­ танном виде его за это время смогут прочитать сотни тысяч. Брюнет в парике вскочил с дивана и так открыто, задорно рассмеялся, что обезору­ жил меня. Он искренне сказал, что шутка моя просто гениальна. Кроме того, он сказал мне, улы­ баясь как ребенок, что сегодня все равно никак не успеть напечатать мой роман, поскольку пятница, короткий рабочий день в типографии, и мы даже на такси не успеем к закрытию, а завтра-послезавтра выходные. Гак что ничего не поделаешь, надо ждать понедельника. Брюнет в парике мне понравился. Я поинтересовался — кто он такой? — Я р е д а к т о р ,— откровенно признался брюнет. Он пожал мне руку (под правым глазом у него я увидел родинку), и я ушел из редак­ ции без рукописи моего романа. В непредвиденной задержке издания романа я мог винить только себя самого — при­ шел в неудачный предвыходной день, однако настроение у меня в целом было хорошее, я испытывал чувство приподнятости. Шел по летнему предвечернему проспекту в легком солнышке, в прохладном ветерке, в тех звуках, которые сопутствуют этому времени дня, года, состоянию души. Проскальзы­ вали редкие легковые автомобили, из окон домов доносились стройные звуки народной музыки и песен, смеялась своей молодости подрастающая смена, за домами периодически увесисто били по чему-то железному. Пахло отходящим дневным жаром, листвою бульвара, косметическими приладами проходящих дам и свежестью пролетающих девушек.