Плитченко А.И., Избранное-2000

Местный житель, он знает, куда бросать, какие ящики опорожняют, а какие висят просто так, для создания цветового пятна в уличном пейзаже. Теперь по делу: Твои соображения, что государство все больше и больше берет на себя заботу о вос­ питании детей, и это уже само по себе, якобы, — поиск новых форм семьи; раньше семья держалась на том, что давили экономические и религиозно-общинные обстоятельства и вязали людей дети; теперь экономические обстоятельства уже не вяжут; женщина в зарпла­ те сплошь и рядом догнала мужика, а если учесть, что она в массе своей не столько тратится на табак и выпивку, то и обогнала мужика, значит — теперь вяжут только дети; наконец, остатки общинного отношения к семье («домостроевщина»), характерные для пятидеся­ тых годов, —*•изжиты, и это — хорошо; таковы твои соображения, они, мало сказать, наи­ вны. Скажи, а тебе никогда не приходило в голову, что семья — это не вынужденный, а добровольный союз, где никто никого ничем не вяжет? Не вяжут, а любят друг друга, жалеют, сочувствуют... И не потому ли государство бе­ рет на себя все большую и большую заботу о детях, что состояние семьи вынуждает к этому. Кто поможет одиноким матерям? Государство. Государство, а не те, кто стал (?) отцами их детей. Кто предоставит такую возможность — не отдавать в ясли ползунка, а выращивать ребенка дома при матери до года? Может быть, отцы предоставят матерям такую возмож­ ность, станут вкалывать день и ночь, изыскивать все возможные средства к тому, чтобы мать не убегала на службу от трехмесячного ребенка? Нет, не мужья это сделают, а государ­ ство. Замедлит несколько общее свое движение — и сделает. А мы между тем будем биться и бороться за счастье в личной жизни или за личное счастье, видя его в окончательно легком пути. Тяжело с этой женой — найдем другую, тре­ тью. Плох мужик — выгоним или заменим. Делов-то куча! А дети? А их тетя в детсаде, в детдоме воспитает, их государство не оставит... Плоха стала жена. Но была же она когда-то хорошей! Когда гуляли, когда признава­ лись, когда расписывались — нравилась же она, была же она единственной? Так вот и ос­ тавь ее такой навсегда, надолго. Трудно? А кто сказал, кто навязал нам понимание, что семья — это череда удовольствий и развлечений, что это — луг, покрытый цветами растительно­ го счастья? Семья — груд, а там, где труд, всегда должно быть трудно. Чаще всего недостатки жены — это увеличенное отражение недостатков мужа. Надо попытаться исправить сначала себя, то есть в себе самом исправить все то, что не нравится в собственной жене, все, что в ней не устраивает. А поиск новых форм семьи — это досужие разговоры. Не новые формы люди стара­ ются найти себе, а такой вариант жизни, где поменьше было бы труда и ответственности, побольше удовольствий. И, наконец, задайся вопросом, который вносит ясность во многие с виду смутные проблемы. Вопрос таков: кому это выгодно? КОМУ ВЫГОДНО, чтобы в нашей стране число сирот и безотцовщины росло год от года? Тебе? Мне? Какая же нам от этого выгода? Отцам — пусть они дважды алиментщики? Матерям — пусть они трижды омещанились? Рабочим? Крестьянам? Науке? Искусству? Обществу нашему? Кому? Правильно, никому среди нас. И все же это ВЫГОДНО! Выгодно тем силам, которые хотели бы видеть наше общество год от года ослабеваю­ щим, которые хотели бы приостановить наше развитие, наше движение, которые тратят на ослабление нашей державы столько средств! Рушили избы, жгли нивы, давили танками, засыпали бомбами — не смогли поколе­ бать наше общество. Что же теперь? Теперь всеми средствами идеологической, психологи­ ческой войны бросились на разваливание изнутри, одну из ставок сделали на развал семьи, авось — получится! Вот где проходит фронт.