Плитченко А.И., Избранное-2000

И. А. Лопатин (1922) сообщает гольдский вариант небесной охоты, по которому пер­ выми людьми на земле были брат и сестра — Ходай и Мяменди, появившиеся неизвестно откуда в те времена, когда на небе было три солнца. Для обустройства земли сестра просит брата убить лишние светила, и он исполняет ее просьбу, сбивает два солнца из лука. Оба сказания — и гольдское, и нанайское — повествуют еще и о том, что с обустрой­ ством земли расплодилось чрезвычайно много народа, так что мифическим прародителям пришлось сделать людей смертными, чтобы на земле не было так тесно и чтобы новые по­ коления сменяли старые. Гольдские легенды о небесном стрелке заканчиваются рассказом о шаманском дереве, появлении первого шамана, призванного необходимостью провожать души умерших в иной мир. Ходай — небесный стрелок становится таким старым, что уже не может плавать против течения и поворачивает у своего жилища, у берега, Амур в обрат­ ную сторону, чтобы без помех возвращаться с рыбалки или охоты. Но вскоре увидел Ходай, что люди от этого совсем обленились, и вернул реке нормальный ход... И Ходай, и отец первого человека Долчу-Ходай, и богатырь Боа Эндури, и орочский стрелок Хадау— все они восходят к единому «культурному герою» древнего палеоазиатско­ го мифа. Теперь обратимся к орочскому его варианту, на который, собственно, и обратил вни­ мание Велимир Хлебников. В современной записи этот миф таков: ТРИ СОЛНЦА «Сначала светили три солнца. Тогда наша земля только еще начинала остывать. Зем­ ля была еще совсем жидкая, как вода. Когда светили три солнца, вода начала убывать, а земля твердеть! Невыносимо жарко было на нашей земле. Кипели скалы, кипели камни. В те времена на земле не было никаких племен, никаких живых существ. Был только один Хадау. Когда земля затвердела, Хадау пустил стрелы в два солнца и убил — одной стрелой старшую сестру, а другой младшую сестру. Оставил только то солнце, которое было посре­ дине. ..После этого-то и создал Хадау семью орлов и семью воронов. А уже после этого люди начали рождаться в разных местах!..» («Орочские мифы и сказки», Новосибирск, 1966). Представления южных и северных народов Сибири о Вселенной сходны в главном, в том, что они связывали Вселенную с охотой, все части земного и небесного мира представ­ ляли в виде очеловеченных животных, а все явления природы, начиная с самого акта творе­ ния, как единый, разветвляющийся сюжет охоты, взаимодействия зверя и человека. Животные в мифе исходны, основополагающи. Они не только сотворили мирозда­ ние, сделали его пригодным для людей, но и явились их прародителями. Так зафиксирова­ лось древнее знание о взаимосвязанности всего живого на земле, о родственности всего в самом моменте жизни. Мамонт и Змей обустраивают землю. Потом уже, с появлением населенного мира, проявляет свои силы «культурный ге­ рой», он приспосабливает мир для более удобного обитания людей и зверей, он приспосаб­ ливает человека к нормальному обитанию в мире, научая его ремеслам, сообщая различные знания, давая уроки морали и этики, устанавливая разнообразные правила, регламентиру­ ющие поведение человека, оберегающие его от ошибок. Похищение титаном Прометеем небесного огня — это только один, «олитературен­ ный», оснащенный социальным содержанием, вариант общечеловеческого мифа о Небес­ ном Стрелке, о космической охоте. Алтайский Прометей — Когюдей-Мерген* охотится на звезды, стреляет в Трех Мара- лух (Орион), чтобы помочь людям устроить жизнь, выйти из мрака. Он выбивает стрелой из брюха небесной маралухи сундук с душою злодея Кара-Кулы. Следствие этой, как и лю­ бой другой, небесной охоты — благоденствие людей, освобождение их от тьмы, зла и сле­ поты неведения. * Одно из толкований значения этого имени — Небесный Меткий Стрелок.