Плитченко А.И., Избранное-2000

Где пешком, где вплавь, где на лыжах добирался он до родных мест. Добирался долго, чуть ли не иелый год. Пообносился, бородой дремучей оброс. Собаки деревенские его даже не сразу за своего приняли — штаны окончательно располосовали. Газеты Гриша доставил. Правда, были они не той уже свежести, но мужики прочита­ ли их досконально, неторопливо. И нашли в одной — большую статью о мамонтах. Знаменитый академик писал, что зверя такого на земле нет, перевелся, мол, такой зверь. Но кости его находят в наших болотистых краях повсеместно и в большом количестве. Еще академик писал, что давно пора разобраться, почему исчез мамонт и кто в этом виноват. Смутились мужики, посоветовались и решили науке не перечить и знаменитого ака­ демика не подводить. Нет мамонтов, значит — нет. Какой тут разговор может быть еще? И дружно загнали Гришкиного зверя в болото. Милое детство!.. Синяя речка Антропка с омутами, перекатами, зелеными островка­ ми, берегами, заросшими ветлой и черемухой... Вольные бочатские степи, разливы хлебов, перелески птичьи... Вот они, новые села на быстрых бетонных магистралях,— уж и не села — агрогорода: светлые дома, газ, телевизоры. Мир сельский так уютно отражается в лакированных боках новеньких «Жигулей». Что там мамонты... Уж теперь и многих тех деревенек нет, не осталось от них ни кола ни двора. Только там, где были они, видны ямы от погребов, похожие на следы добрых и навсегда исчезнувших мамонтов нашего детства... ГЛАВАВТОРАЯ 1 Федор Степанович Зобов, как обычно, начал свое утро очень рано — с физической зарядки, завтрака и телефонных звонков. Ввиду предстоящей поездки с лекцией в деревню Беркуты он ограничился простень­ ким комплексом упражнений, а завтрак, наоборот, несколько утяжелил, добавив к яичнице с ветчиной, хлебу с маслицем и чаю с лимончиком, еще и бутерброд с копченой колбаской, калорийную булочку и стакан молочка. Звонков было два: первый — главному врачу районной больницы Адольфу Порфи- рьевичу с просьбой устроить срочную и конфиденциальную консультацию у психолога. — Нет проблем,— сказал главный врач,— приходите и консультируйтесь. Психолог вас будет ждать от девяти и далее. Второй звонок — Паше Учаеву, которого он обещал подбросить попутно на тридцать восьмой километр. — Прекрасно,— сказал Паша,— подберите меня на перекрестке Кавалерийской и Са­ довой, где дома сносят. — После десяти часов,— уточнил Зобов. — Прекрасно,— еще раз сказал Паша. 2 Времени было только восемь утра, и орнитолог-любитель решил потешить себя бор- щецом. В отличие от временного холостяка т. Зобова, был он постоянным холостяком как по причине довольно молодого возраста (Паше было двадцать пять), так и потому, что семейная жизнь его лично пока не прельщала. Естественно, бочатские красавицы на выданье проявляли специфический интерес к молодому человеку, однако он на все поползновения реагировал довольно равнодушно, а поскольку был трезвым, рассудительным и порядочным, то застать его врасплох и взять голыми девичьими руками почти не представлялось возможным. В хорошем настроении, а сейчас он как раз был в таком, Паша беседовал сам с собою и не видел в этом ничего предосудительного. Ну, говорит человек сам с собою — что тут особенного? С кем не бывает?..