Плитченко А.И., Избранное-2000

Сын ответил, с печи не слезая: «Да, мороз... Задубели они... Да, хреновый ты, батя, хозяин... Накормлю — поллитровку гони!» И уснул, как ни в чем не бывало, Тень в избушке сгустилась, И вмиг В самоваре лицо замелькало — Отшатнулся в испуге старик, Он трясет бороденкою жалкой, Ходит-бродит, как будто во сне, И кривой деревянною палкой Тупо крутит бурду в чугуне, Тихо сетует и угрожает Он видениям в каждом углу И одну за другой погружает Руки красные в белый тулуп... 8 За стеною колышется вьюга, И стоят у огрызков плетня, Согревая боками друг друга, Два засыпанных снегом коня. Их подковы давно отзвенели, Их телеги пошли на дрова, Гривы тяжкие заледенели, Давят головы, как жернова. Пар дыхания еле заметен, Видно, кони промерзли насквозь, В их глазницах — тоскою о лете — Ломкий свет затухающих звезд... Над конями колышется вьюга, Задувает живые огни, Согревая телами друг друга, Говорят меж собою они. — Чую, не дотяну до рассвета... Нету совести у мужика! — Совесть есть... Только важно ли это, Если нету сенца ни клочка? — Так из дома никто и не вылез, Что им! Дрыхнут в тепле на печи... — Ну, а мы-то с тобою трудились? С самой осени даром торчим... Значит, тоже работать не любим? Значит, совесть забыли и страх? — Но они же — хозяева, люди! Через них пропадаем в снегах! — Это правда, с рождения знаем, Вся судьба наша горькая здесь— Есть хозяин над нами. Хозяин И над нашим хозяином есть... — Так по чьей же безумной забаве Заморожено сердце коня? Ухожу я. Пусть волки избавят От мучительной смерти меня... Конь уходит. Второй остается. Прорезая отчаяньем мрак, Волчий мертвенный вой раздается И смолкает, сжимаясь в кулак. 9 В это время отец за стеною Притаился в холодном углу, Нож сапожный держа за спиною, Озирая ожившую мглу. А вокруг, наполняя жилище, Разливая зловония дух, Бесы копятся, Множатся, Рыщут, Диким хохотом мучают слух. Вот чугун окружили толпою, Мясом давятся, Кости грызут, Испражняются, Чавкают, Воют, Тянут когти и на печь ползут. Нескончаемо, Невыносимо Копошенье, скрипенье... Гляди! — Наклоняются бесы над сыном, Приникают к ушам и груди! И над спящим — Зловещи, несметны, Безымянны и несть им числа — Сатанинские шепчут советы, На безумные тянут дела, Грудь раскрыли, Нацелили жало, Вот зловонное зелье несут, Подползают, Приладившись — жадно Кровь сыновью из шеи сосут... Словно сердце отцу распластало, Крикнул сдавленно: