Плитченко А.И., Дверь на холме. След мамонта-1988

цветущей яблоневой ветвью. Однако вспомним, что Зевс снисходил к Д ан а е в виде дожд я золотых лепест­ ков. Небесное Древо на нашем полотне выражено через цветущую ветвь. Такова «Сибирская красавица» . Она соотносится не только с Кустодиевым, но и с алтайскими и якут­ скими эпосами, где полнее и неразрушеннее сохра ­ нилось зафиксированное в художественных образах сознание язычества, общее для определенного этапа духовного развития человека. «Сибирская красавица» соотносится впрямую с б а ­ зарными русалками и красавицами , но укорененность ее в культуре такова , что она соотносится, скажем, и со стихотворением Шарля Бодлера «Гигантша». Как ру­ салки наших ба з аров вызывали приступы юмористи­ ческого зуда у записных эстетов, так они ж е — эсте­ ты — не оставили без внимания и эти стихи Бодлера. «Эпатирующий тон и парадоксальность стихотворе­ ния вызвали много толков и насмешек в мещанской прессе. Сонет способствовал распространению поверх­ ностной легенды о чудачестве Бодлера , заслонявшей подлинную проблематику его творчества»1. Однако если мы не воспринимаем как э па т аж и п ар а ­ доксальность восприятие земли в эпосе как распластан ­ ного женского тела , то почему стихи Бодлера, построен­ ные на этом образе и чисто орнаментальном его р а з ­ витии, воспринимаются как вызов и пр.? Г И Г А Н Т Ш А (перевод К ■ Д ■ Бальмонта) В оны дни, как Природа, в капризности дум, вдохновенно Каждый день зачинала чудовищность мощных пород, Полюбил бы я жить возле юной гигантш и бессменно. Как у ног королевы ласкательно-вкрадчивый кот. 1 Ш а р л ь Б о д л е р . Цветы зла. М ., 1970.