Потанин Г. Н., Путешествия по монголии-1948

очительного 1 ЬНЫХ птиц., джи проно- екрасно ви- ва они кос- можно оты- 0 они оста- на из пора- : с расцвет- ц и насеко- .ся». шского; это ных к очер- оставленной Иртыша и Труды Том- г реки Кран составляю- падных мон- ства; заоад- эследним он лей хошуяа ся в данном зриков, при- новники но- в нем) со- го кирпича; го остались ь крепость т китайцев- и Шэнь-си) и одежда у честве (по ахской ССР, дунганского этом боль- этнографии; менем тюрк- нографов в то основным сложненный примесями, ы жилищ и ака и риса, Дунганская я, III, 1947, М Киргизии. едельческим колониза- ские приемы агощавшими M, выливав- . Особенный размах приняло восстание 1862—1878 гг., охватившее громадную территорию Западного Китая; восставшие дунгане уничтожили сотни тысяч китайцев, глав­ ным образом купцов и солдат. Этим и вызывался тот страх перед дунганами, который высказывали китайские купцы и администрация в Кобдо, о чем говорит Потанин. Для борьбы с дунгана|ми были организованы отряды из местных китайцев, так как центральное китайское правительство было занято усмирением большого тайнинского крестьянского восстания (1850— 1864 гг.) и смогло уделить внимание западным провинциям лишь в 70-х годах. 32 В буддийском культе божества и святые воплощаются в каком-нибудь ребенке, обычно мальчике, которого находят ламы после смерти предыдущего воплощенца, называемого гэгэном (гыгэном); ребенок воспитывается в мона­ стыре под влиянием лам, изучает буддийские науки. По данным Г. Н. Пота­ нина, во время его путешествий в Монголии было 8 гэгэноР; ввиду большой пользы, извлекаемой монастырем от присутствия в нем гэгэна, вследствие наплыва богомольцев и пожертвований и повышения значения монастыря, каждый крупный монастырь стремился иметь своего гэгэна, являющегося большей частью ставленником и игрушкой в руках высших лам. 33 Вся долина Крана к югу от Сары-Сюмбе была занята в 1908 г., как мы заметили, под пашни и огороды; посевы состояли из пшеницы, проса, ячменя, кукурузы; на огородах возделывались китайцами редис, огурцы, дыни, арбузы, тыквы, горох, фасоль и мак. 34 Девясил Елены или большой (Jnula Helenium)—-растение из семейства сложноцветных, распространено в Монголии и Казахстане на лугах и в ку­ старниках. Корневища древесины считаются лекарственными и используются в медицине в виде отваров, настоев и в порошке, как мочегонное, отхарки­ вающее, глистогонное средства. В казахской народной ветеринарии корень девясила считается отличным средством от сапа у лошадей (Н. В. П а в л о в . Растительное сырье Казахстана, М.—Л., 1947, стр. 462—463). Потанин (в. II, стр. 101 ) указывает, что киргизы варят корень и пьют от кашля; при парше намазывают больного корнем, вареным с салом, и заворачивают в войлок. 35 Даба — хлопчатобумажная материя разных цветов (белого, синего, кра­ сного, коричневого, желтого и др.), употребляемая' монголами на шитье белья, покрытие халатов и шуб; лучшего сорта материя называется далембой; из­ готовлялась, главным образом, в Китае и ввозилась в Монголию и оттуда даже в Сибирь; для усиления борьбы за монгольский рынок русские фабри­ канты в начале XX ст. начали выделывать далембу для экспорта в Монголию. 36 В 1873 г. в Шар-Сумэ был Матусовский, рассказ которого о посеще­ нии Цаган-гэгэна Г. Н. Потанин поместил в своих очерках (ib. I, стр. 30— 36); кратко излагаем содержание рассказа 'Матусовекого. 27 июля 1873 г. Матусовский расположился станом у реки Края, вода которой после непродолжительного ненастья неожиданно прибыла и снесла единственный деревянный мост на реке. Посланный им за 2 дня к Цаган- гэгэну киргиз с открытым листом не возвращался, что беспокоило Матусов- ского. Ночью киргиз вернулся, сбежав от ареста, которому его хотел подверг­ нуть Цаган-гэгэн. Такое распоряжение Цаган-гэгэна удивило Матусовекого, так как он хорошо знал, что гэгэну предписано из Пекина избегать неприяз­ ненных столкновений с русскими после того, как китайское правительство должно было заплатить России 200 тыс. лан серебра за убытки, нанесенные в 1867 г. возглавляемой Цаган-гэгэном бандой киргизам-байджигитам, нахо­ дившимся в русском подданстве. После долгих дипломатических переговоров Матусовскому удалось сде­ лать визит Цаган-гэгэну в крепости. Цаган-гэгэн оказался мужчиной не более 40 лет отроду, среднего роста, крепкого сложения, с небольшой лысиной на выбритой голове, с большим выпуклым лбом, толстым носом, небольшими чер­ ными глазами и длинными тонкими усами; в общем его лицо имело серьезное и умное выражение. После обмена обычными взаимными любезными вопросами р здоровья царя и губернатора, богдыхана! и гэгэна, последний, сказав, что