Потанин Г. Н., Путешествия по монголии-1948

положения — оставить в Лух-сумэ половину нашего багажа и с облегченными телегами двинуться поскорее вперед. Нужно было обратиться с просьбой к монастырскому начальству, но оно от нас почему-то спряталось; напрасно мы ходили по пустым ули­ цам монастыря, отыскивая жилище настоятеля или его намест­ ника; изредка попадавшиеся нам ламы на наши расспросы от­ вечали уклончиво и говорили или, что они ничего не знают, или, что все главные ламы уехали в улусы и монастырь остался без управителей. Ламы чего-то боялись, и это удерживало их от сближения с нами. Между ними находился один лама, который жил в Гум- буме 17 в 1885 г., т. е. в то время, как я зимовал там, и он видел меня; это- давало ему повод смотреть на меня, как на своего ста­ рого знакомого; он иногда приходил в нашу палатку, выражал свое сочувствие и даже принес нам в подарок мешок шара-буты (проса) и небольшое количество борцы (сушеного мяса), но бо­ лее существенной помощи оказать нам не мог. Сначала он го­ ворил нам, что в. монастыре найдется пустая фанза, где бы можно было сложить наши вещи, лишь бы согласились на то ламы; что он мог бы сложить их в своем собственном дворе, если бы мы выхлопотали на то разрешение у монастырского на­ чальства, но потом о,н чего-то испугался и стал отговариваться, что боится ответственности, если из оставленного багажа что- нибудь утратится или испортится. К довершению наших бед присоединились еще комары; нигде мы еще не испытывали таких мучений от комара в эту экспе­ дицию, как на стоянке около Лух-сумэ; комары отравляли нам каждый вечер; как только солнце начинало садиться, мы должны были надевать на голову сетки и так оставаться весь вечер; и спать ложились, не снимая сеток. Лубсьга предложил нам такой выход из этого положения: сло­ жить наши вещи не в монастыре, а в аиле, в нескольких верстах от Лух-сумэ, оставить при вещах караульщиком его, Лубсына, а самим с облегченными телегами двигаться дальше в Хинган, на обратном же пути опять зайти в Лух-сумэ за вещами. Жаль было расставаться с Лубсыном, с таким полезным для экспе­ диции человеком, но мы принуждены были примириться с этим проектом. Только что вечером 1 июля решено было поступить так, как придумал Лубсын, а на другой день 2 июля приехал в Лух-сумэ удзюмучинский дзалын Очир. Он кочевал в это время со своим домом и семьей на реке Сыэльджин-гол, в 70 верстах от Лух- сумэ. Ламы втихомолку от нас послали на Сыэльджин-гол гонца с известием о нашем прибытии и о том, что мы обратились к мо­ настырской братии с просьбой и что она недоумевает, как ей поступить. Дзалын приехал со свитой из десяти человек и явился в нашу палатку. Это был человек лет 35, невысокого роста, сухо­ щавый, с живыми глазами, с бойкой речью, которую он произ