Большое Сибирское турне Д. Бурлюка_Курсанов А. Русский авангард - 2003_с 356-474

дит с трибуны под свистки и хохот одной части аудитории и аплодисмен­ ты другой. Шатов (по требованию аудитории получает 5 минут) говорит, что он воспитан на старой поэзии, и Надсон для него ближе и понятнее, чем Маяковский, но, являясь сторонником всякого бунта, приветствует футу­ ризм и Маяковского как бунтаря против заплесневелых форм старого ис­ кусства. Заключительное слово предоставляется С.М. Третьякову, который кон­ статирует, что все выступавшие из аудитории почти ничего не говорили о Маяковском, или переходили на общие расплывчатые рассуждения об ис­ кусстве вообще, или делали выпады против группы «Творчество». <...> Тов. Гущин говорил, что он бился над стихотворением Третьякова «Ковбой» и ничего не понял в нем, взирая как баран на новые ворота. Я не знаю, что нужнее, чтобы ворота были старые, или же перестать быть бараном? (Об­ щий смех.) Трудность подхода для воспринимающего не имеет прямой причинной связи с ценностью данного произведения. В заключение С.М. Третьяков отмечает непонятную озлобленность выступавших оппонентов, их раздробленность и несогласованность. Неко­ торые из выступавших говорили с апломбом от имени одного и того же пролетариата, но совершенно расходились в оценке футуризма. К сожале­ нию, здесь не было сильной, хоть сколько-нибудь культурной оппозиции, с наличием определенной платформы по вопросам искусства. Озлобление же — не аргумент. В первом часу ночи председатель объявил митинг закрытым2196. Предыдущие митинги устраивались раз в неделю, но после четвер­ того митинга искусства группа «Творчество» взяла двухнедельный пере­ рыв. Проанализировав, вероятно, результаты диспутов, было решено идти в лобовую атаку и дать мировоззренческое и идейно-художественное обоснование футуризма образца 1921 года. Заключительный, пятый, митинг так и назывался: «О футуризме» (30 октября 1921)2197. С докла­ дами выступили С. Третьяков («Футуризм как миропонимание») и Н. Асеев («Лозунги футуризма»): Первый доклад — о «футуризме как тенденции» — делает С.М. Треть­ яков. Футуризм, — говорит С.М. Третьяков, — выдвинувший в искусстве проблему изучения формы и ее пропорций, во главу угла поставивший динамику, движение и текучесть форм, — не поддается ни одному из су­ ществующих определений. Даже предположение, что он есть школа, дог­ мат в искусстве, — очень узко. Кубо-футуристов, возникших в Москве и в свое время забросавших приехавшего Маринетти тухлыми яйцами2198, нельзя объединить школой: никаких писаных правил в футуризме нет. Для футу­ ризма того периода не столько характерен момент куда идти, сколько момент от чего идти, от чего отталкиваться2199. Футуристы были объеди­ нены не столько правилами школы, сколько некоторым общим утвержде­ нием, что с автоматичностью, привычностью и уютом нашей сонной пси­ хики надо покончить.