Сибирские огни, 2023, № 5

182 Кристина АНДРИАНОВА-КНИГА Киногерой нашего времени вызревает достаточно хорошее кино, которому общество прощает даже пару скабрезных эпизодов. «Непослушник» в некотором смысле идет по проторенной дорожке «Холопа». Нам показан одиозный зарвавшийся барчонок лет 25—35, наглый, скандальный, эгоцентричный и легко нарушающий чужие личные границы. Он так же оказывается в чуждых для себя условиях выживания-исправления ради (сравните: деревня помещика Российской империи и почти забытый мона- стырь). Этот антигерой тоже рано потерял мать (сценаристы постоянно пыта- ются продать сиротство как смягчающее обстоятельство, хотя в ряде советских фильмов после таких трагедий вырастали совсем другие по поведению личности) и был заброшен отцом. В первом, «холопском» случае папа «делал бизнес», во втором — глушил горькую. И тут и там детская травма идет через Великую Потерю. Первый ее сублимирует «вписками», а второй — хайпом с возможно- стью получить новых подписчиков (потребность в признании) и легкого бабла (на более честный труд нет времени — таково кредо некоторой части нового поколения). Отличает персонажей и разница в социальных слоях. Мажор не знает бед- ности и потому лишен качеств «дворового бойца», тогда как блогер хорошо знает цену деньгам и, судя по умению организовывать процесс и заинтересо- вывать аудиторию, обладает лидерскими качествами. Главный герой в испол- нении Виктора Хориняка не особо симпатичен, и артист никак не может выйти из типажа такого же нахрапистого «последнего богатыря». Однако его герой обладает более сложной, чем у «холопа», судьбой, а значит, по жизни должен быть интереснее и глубже. Вместе с тем сценарные диалоги раскрывают эту глубину не очень хорошо. По этой причине дилогия о непослушнике Димонстре смотрится попсовым продуктом с легковесными рассуждениями о вере, церкви, душе и прощении. Во второй части еще и с попыткой примирения в памяти стар- ших поколений религии с комсомолом. Есть у «конфессиональной комедии» и сильные сценарные стороны. Церковная тематика вшита в ткань истории столь аккуратно, что ничьих рели- гиозных чувств не задевает. Разве что доводит до абсурда сон насельников мо- настыря на соломе или копание водопровода под песню «Агаты Кристи» «Я на тебе, как на войне», звучащую в обеих частях. Не зря в титрах отдана дань бла- годарности представителям РПЦ, понимающим мастерство тонкой режиссуры. Из положительных качеств нового поколения, которое представляет персонаж Хориняка, стоит выделить и настойчивость. Она четко выражена в следующем диалоге: «Если мы тебе не поможем, ты все равно это сделаешь». — «Золотые слова!» Отдельно отметим Таисию Вилкову в роли Насти. Сперва такой духовно чистый образ кажется нереальным. Такие девушки если встречаются, то только в российской провинции. Первоначально Настя выглядит как не совсем или со- всем не типичный представитель молодежи на стыке поколений Y и Z. Только во второй части проступает в актрисе что-то из ее былых ролей вроде безвкусицы «О чем молчат девушки» (пусть она там и самая мягкая из типажей) или спор- ной «Дикой». Символично, что отец Таисии, тоже актер, родом из Ивановской области, где снимали бо́льшую часть эпизодов. Проще говоря, первая «серия» православной диджитал-истории (считай, юмористической притчи) — еще один неровный рассказ об изменении человека, худо-бедной духовной работе над собой, приправленной забавными житейскими