Сибирские огни, 2023, № 4

174 Валерий ИВАНЧЕНКО Формулы невозможного мысленных экспериментов, в которой возможны неожиданные результаты. Это — в идеале, на практике же дело обстоит иначе. Петербургский писатель Александр Етоев рассказывал, как однажды по- бывал на конвенте фантастов и как там у него состоялся такой диалог с одним из участников: «— Пишете? — Так, — отвечаю, — мало, но редко. — А что пишете? — Ну не знаю, — мнусь я. — Трудно так вот сразу сказать. — Триллеры? Технотриллеры? Мистика? Боевики? Фэнтези? Это он пытается подсказать. — Не знаю, про людей в основном. —Ну понятно, что про людей, — говорит фантаст, улыбаясь. —А все-таки, что за тема? Космос? Инопланетяне? Фантастические изобретения?» 1 В 1947 году Робертом Хайнлайном был введен термин «спекулятивная беллетристика» — как обобщающее название для группы жанров, действие произведений которых происходит в нереалистичных, вымышленных мирах. Для простого читателя невелика разница между историческим романом из да- леких времен и рассказами о вымышленных королевствах Конана-варвара, однако термин определенно отграничивает условный реализм от фантастики. Спекулятивной фантастикой можно называть произведения с заведомо вы- думанным антуражем или, как говорят в сценаристике, сеттингом (например, «Звездные войны» и «Властелин колец»). При этом сам сюжет может быть выстроен по формуле любого жанра или являться сочетанием нескольких, в том числе, например, эпического и авантюрного романа. В 1967 году в московском издательстве «Искусство» вышла публицисти- ческая книга известного советского фантаста Георгия Гуревича «Карта Страны фантазий». В значительной части она была посвящена буржуазной массовой культуре и к тому же среди иллюстраций содержала немало кадров из зарубеж- ных фантастических фильмов. Именно эта книга (как и более поздняя, выдер- жавшая множество изданий монография Александра Кукаркина «По ту сторо- ну расцвета. Буржуазное общество: культура и идеология») открыла для многих советских людей существование в кино жанра ужасов и космической оперы. (Примечательно, что именно в тот 1967 год в СССР вышли фильмы «Вий» и «Туманность Андромеды», ненамеренно относящиеся именно к этим жанрам.) Однако книга Гуревича известна не столько экскурсом в капиталистиче- ский масскульт, сколько предпринятой автором схематичной классификацией. На форзаце книги была размещена визуализация этой схемы, сделанная в виде карты острова, разделенного на несколько областей. Гуревич выделял фанта- стику: приключенческую, познавательную, производственную, лабораторную, психологическую, фантастику мечты о цели, новых идей, техники будущего, сатирическую, утопическую и антиутопическую. В сводной таблице он показы- вал, как разные виды жанра различаются по критериям, решаемым задачам, допускам, персонажам и типам сюжетов. В его схеме почему-то отсутствова- ли исторические, военные, политические темы, не было мистики и гротеска, однако с известными дополнениями и натяжками такое утилитарное деление по назначению, сюжету и фабуле можно распространить на всю литературу в 1 Предисловие А. Етоева ко второму изданию книги Г. М. Прашкевича «Красный сфинкс» (Новосибирск: Изд-во «Свиньин и сыновья», 2009).