Сибирские огни, 2023, № 4

100 Инна ДЕВЯТЬЯРОВА Двадцать семь драгоценных жемчужин чередою телег... и дерюгой укрытые трупы. Как сжало в груди. Как при- шло — ясно, вмиг! — осознанье того, что не выправить. Гнев исчезал. Сострадание — длилось. — К кому — состраданье? — змеино шипел Махакала. Скользил по сугробам, лоснящийся, черный, как змей. — К убийце? Который при- кончил своих, там, в обозе, в пути? Дал им яду — мол, сдохнут и так, я им просто кончину обле́гчу? Смеялся. Снежинки кружились над ним, словно нимб, белый, при- зрачный. Унгерн вздохнул. —Да. К Чернову. Мне жаль. Зло, что он сотворил, — не исправить. Ему оправдания нет... — Замолчал ненадолго. — Но нет и причины для гнева. Все просто... не ты ли учил меня этому? Ночь. Морозные звезды. И кедр, возносящийся в небо. — ...Что делать с Черновым? — спросил осторожно Резухин. Стоял рядом с ним. Тер замерзшие щеки. Сомнение в голосе. Страх. — Дать плетей для науки и... черт с ним, простить или... Унгерн скривился. —Хорош! Предлагаешь прощенье убийце. А если бы ты был тогда в том обозе, израненный? Если б тебе он дал яду... чтоб все золотишко, что есть при тебе, прикарманить? Тогда бы — простил? Извини, друг, — не верю. В тебе благородство играет. Да вот только Чернов бы его, знаешь ли, — не ценил. Засмеялся. Голодно прищурился звездам. Их блеск ослеплял. — Значит... — голос Резухина был неуверен, — в расход его? Прямо сейчас? —Потянулся рукой к револьверу. Осекся. Смотрел вопросительно. Унгерн мотнул головой. Подал знак казакам. Подтащили Чернова. Он плакал. Он был вызывающе жалок. —Привяжите его прямо к кедру. Пусть звезды увидят. —И Унгерн махнул рукавом. В небесах просветлело, короткою вспышкой. Холо́дно и слепо. И тотчас — ударила молния. Кедр охватило огнем. — Махакала, охочий до крови и мяса! — услышалось Унгерну. — Пеплом покрытый костров... принимай свою жертву... И ярый огонь танцевал. И над ним, распростершись, — ждала ше- стирукая тень. * * * Урга 8 , две тысячи четыреста шестьдесят третий год со дня Паринирваны Будды Шакьямуни Небеса были черны. По-совиному кругло глядела луна. Перламутровый свет ее вскользь изливался на крыши субурганов 9 8 Урга — нынешний Улан-Батор, столица Монголии, в начале двадцатого века — ее рели- гиозный центр, где проживал Богдо-гэгэн. 9 Субурган — гробница лам, в виде обелиска.