Сибирские огни, 2023, № 4

99 Инна ДЕВЯТЬЯРОВА Двадцать семь драгоценных жемчужин * * * Долина Терельджин-Гол, две тысячи четыреста шестьдесят третий год со дня Паринирваны Будды Шакьямуни Ветер был — злой, колючий. Толок ледяную крупу в прохудившемся небе, поземкою жался к земле. Точно сопки, белели сугробы. Мело под развесистый кедр. — Я доволен тобою, мой верный слуга, — произнес Махакала. Весь в хлопьях снежинок, он вышел из кедра, как дым, как тягучий и черный туман. Бесконечно большою змеей обвился вкруг ствола. Четки тонко, морозно звенели. — Тц... тц... все идут за тобою... большая война... покарать свято- татцев-гаминов... даже сам Далай-лама прислал тебе помощь... великое дело... — плели голоса. Равнодушие неба. Бесстрастность. — Я рад, — сказал Унгерн молчащему кедру, — что все так удачно случилось. Гамины глупы. Они думают, что запугали монголов, закрыв под арест Богдо-хана. Они ошибаются. Можно стерпеть очень многое... но не глумленье над верой. Четки трещали, как птички. Пронзительно, остро и зло. — Тц... тц... тц... но еще остается условие... выполнишь — будет по- беда твоя. Нет — твое поражение... тц... Унгерн вслушался. — Что за условие? Кедр заскрипел, необъятный, зеленый и кряжистый. Стаей взмет- нулись снежинки. Змеей извиваясь, с вершины его поднялся Махакала. — Победа потребует жертвы, — сказал он, и красный, как пламя, язык — показался из пасти его. —Мне нужна ее кровь, ее кость, ее мясо. Огонь очищающий... — Тяжко вздохнул. Снег подле него обратился в кипящую воду. Сквозь пар — танцевал Махакала. Улыбка его рассекала, как нож. Унгерн вскинул ладонь. На ладони остались кровавые капли. — Что ж, я понял тебя. Соглашение — в силе, — сказал он. — Кропленные кровью знамена священной войны, так сказал мне Джа- лама. Так ты повторил. И так будет. И снежинки опали над ним. И привычно пришла пустота. * * * Снег затих. Небо было вечерне и сонно. Звезды—холод, хрусталь! — восставали над кедром. И одной из них, злой, ледяной и алмазною, — был Махакала. Всевидящий взгляд его ранил, как лезвие. Унгерн вытер слезящийся глаз. ...Вспоминал — неотрывная тяжесть — морозное солнце над лесом, полуяркое, робкое, в дымке. Полозья — по хрусткому снегу. Обоз —