Сибирские огни, 2023, № 4

98 Инна ДЕВЯТЬЯРОВА Двадцать семь драгоценных жемчужин Что ж еще может желать себе воин в награду? — Сверкнул белозубой улыбкой. Паучье скользнул по стене. Незаметность. — Так что — возвращаться ни с чем? — Унгерн сжал кулаки. — Сказать атаману Семенову, что генерал, его старый знакомец Чжан Куню, опять в свои игры играет? Ни да говорит и ни нет? И военной подмоги — не будет? Махакала осклабился: — Это ж Пекин. Говорить осторожно — традиция. Ты ее хочешь нарушить? Шаги за стеной. Унгерн вскинулся. — Что, интересно, за гость ко мне на ночь? Не знаешь? Махакала молчал. Его пальцы скользили по четкам. — Тц... тц-тц... — птичье пели они, — все решится. Доверься ему ... Дверь открылась. — Опять эти яблоки! — Унгерн вздохнул. На фарфоровом блюде лежали они — как рубины, как желтое золото. ...Роскошь. Покой. — Отдыхай, тебе нужно, — сказала служанка. Поставила блюдо на стол. Улыбнулась. — В пекинских садах восхитительно красные яблоки. ...Слишком юна и красива. Плоды ее щедры. — Ну это ж Пекин, — пробурчал Махакала. — Приветствовать гостя — традиция. И да, ты ошибся. Она не служанка. Она притворяется ею... как всё, что тебя окружает в Пекине. И, черно и страшно дыша, обратился в гигантского тигра. Глаза его были желты, как огонь. А «служанка» смеялась. — Я пришла посмотреть на тебя... и того, кто стоит за тобою, — сказала она. — Да, меня зовут Цзи. Я из рода Чжанкуй. Я — сестра генерала Чжан Куню. ...Бесстрашно погладила тигра. Фарфор ее кожи. Изысканность рук. — Махакала, — сказала она, — невозможно ужасное чудище. Я не боюсь его. Ты не боишься. Смотрела открыто. Глаза ее были ясны. На коленях ее были черные змеи. Изнывали, вились. Яд их был беспощаден. — Бери меня в жены, — сказала она, — я из рода Чжанкуй. Я ска- жу генералу, чтоб он помогал тебе. Он станет слушать меня. Ее брови нахмурились. ...Черные змеи и тигр. Унгерн взял ее за руку. Хрупкие, сильные пальцы. Цзи закрыла гла- за. Ее белая кожа светилась. — Четки из черепов... — прошептала она, — как звенят они... злее и злее... как сводят с ума. Ты их слышишь? Лицо ее сделалось близко. — Каждый миг. — Унгерн обнял ее. — Не бывало еще, чтоб они замолчали.