Сибирские Огни № 4, 2021

66 ДМИТРИЙ НИКОЛОВ ЦВЕТОЧНЫЙ ДЬЯВОЛ Для Али я приготовил ромашки. Итак, размахивая букетом, я вошел в прямоугольник двора, обра- зованный хрущевскими пятиэтажками. Мы договорились встретиться у ее подъезда. Я беспокоился тогда, кажется, о том, что она захочет посмотреть на меня из окна и в случае чего решит не выходить. В свою очередь, сам я размышлял, окажется ли Аля похожа на присланное мне фото. Занятый этими мыслями, я не успел заметить Жоржика. Ма- ленькая тень проворно шмыгнула ко мне из ближайших кустов и вце- пилась в цветы, которыми я так легкомысленно помахивал. Я потянул их на себя, чем только усугубил дело: букет рассыпался и нападавший покончил с ним в считаные секунды. Тогда я не умел еще злиться и закипать в одно мгновение, мне стало почти до слез жалко красивого букета и еще немного — денег. Я смотрел на толстомордого бульдога, который сидел на ромашковой подстилке с совершенно равнодушным видом, не проявляя лично ко мне никакой агрессии. — Жоржик! Опять?! Я обернулся и увидел Алю. Она была очень похожа на свое фото. —Плохой пес! Очень плохой! —Она погрозила Жоржику указа- тельным пальчиком и повернулась ко мне. — Простите... Артем? Артем — это я. Читая по лицу Али, как в голове у нее выстра- иваются логические цепочки и она понимает, что цветы предназнача- лись именно ей, я веселел с каждой секундой. Наконец, отпричитав положенное, она рассмеялась звонким, радостным смехом. И я тоже засмеялся. Так обычно в книгах и кино начинаются истории большой любви. Счастливая, навсегда запоминающаяся встреча, сближение, препят- ствие, преодоление, хеппи-энд. В жизни, конечно, все наоборот: чем тише — тем надежней. Что бы это ни значило. Мы встречались с Алей с месяц или около того. Целомудренно гуляли с ней все по тому же парку — он был в городе один, для каж- дой пассии отдельного не напасешься, — ели мороженое или сладкую вату. Тогда развлечений было не так много. Общей страсти к фанта- стике оказалось недостаточно, и вскоре мы по обоюдному согласию расторгли наш недолгий союз. Но одна ниточка связала нас на долгие годы, и ею стал — парадоксально! — Жоржик. У этой ниточки было вполне физическое воплощение: я сплел для пса хороший кожаный поводок. Время от времени, неся букеты своим возлюбленным, любовни- цам и, наконец, жене, я вспоминал о Цветочном Дьяволе, как прозвал тогда бульдога, и непроизвольно поднимал повыше цветы, которым ничего не угрожало. По возвращении домой, одарив свою женщину, накормив ее и уложив спать, я писал короткое сообщение Але. Как