Сибирские Огни № 4, 2021

177 тивный ресурс влияния. Ставка дела- лась на иное. Речь идет о литературной группе «Горожане», странное «участие» в которой принял и Сергей Довлатов. История ее начинается с ЛИТО би- блиотеки имени Маяковского. Именно его посещал знакомый нам Владимир Марамзин. Там Борис Вахтин позна- комился с молодыми прозаиками — Владимиром Губиным, Владимиром Марамзиным и Игорем Ефимовым. Вахтин предложил им объединить уси- лия для преодоления препятствий на пути к читателю. Авторы составили сборник, дали ему название «Горожа- не» и представили его в Ленинградское отделение издательства «Советский пи- сатель». Сборник оказался в издатель- стве в начале января 1965 года. Напомню, что в январском номе- ре «Юности» печатается «Смотрите, кто пришел!» Ефимова. Его участие в сборнике — рассказы «Скрытый смысл жизни», «Я забыл название», «Ав- томатика», «Монтекки и Капулетти», «Начальник стенда», переделанные и включенные позже в авторский сбор- ник Ефимова «Лаборантка». Читая же сборник «Горожане», понимаешь, что авторы живут в разных городах. Возь- мем повесть Владимира Марамзина «История женитьбы Ивана Петрови- ча». В начале автор расписывается в своем уважении к Андрею Платонову: «Иван Петрович смотрел на свои фото- графии детства. В возрасте двенадцати лет он понравился сам себе больше все- го. Это был мальчик с состриженны- ми коротко волосами, не кидающийся чужому взгляду и без особого даже на это желания, с лицом, исходящим вовсю чистотой». Потом следует урок освоения на- следия обэриутов: «Вообще Иван Петрович был человеком на редкость правдивым, и это часто ему шло во вред. Сначала он учился на инженера- электрика, дошел до третьего курса, но никак не мог себе представить электрон. Понимание электрона все усложнялось, и немногие представляли его себе в пол- ной мере, какой он такой? — и волна и частица. — Да вы бы поверили, и дело с кон- цом, — говорили Ивану Петровичу все. — Нет, — отвечал Иван Петрович печально. — Как же поверить, если я не пред- ставляю? Я не могу, значит, быть ин- женером, если я не представляю себе электрона. — Да примите же его как аксиому! — говорили ему и смеялись над ним. — В это надо поверить однажды, и все, — убеждал Ивана Петровича зам- декана. — Да чего там ломаться-то, надо поверить! — говорили ему ассистенты, студенты, профорг, комсорг, парторг, инженеры, гардеробщица, мать, лабо- рантки, буфетчица тетя Наташа, вахтер в проходной и кондуктор в трамвае. — Нет, не могу, — отвечал вино- вато Иван Петрович. — Я уж должен представить. Ведь электрон же, — на нем все основано, все электричество!» Проблемы теоретической физики отступают перед другим животрепещу- щим вопросом — сексуальным. Иван Петрович знает, что женщины жаж- дут «вечного ближнего боя». Одну из атак лихой Иван Петрович проводит на лестничной площадке, провожая случайную знакомую. Все описывается нудно, обстоятельно, с заходом в экзи- стенциализм: «Так они стояли у окош- ка, прижавшись, вернее, девушка по- зволила ему к ней прижаться; немного дольше, чем нужно, был он уже в этом состоянии нежности, и девушка опять