Сибирские Огни № 4, 2021

175 принимал напечатавшегося автора в своем салоне. Он на какое-то время дал ему иллюзию возможности благородно- го вхождения в профессию. Речь идет о той самой группе «Горожане», которую помянул Бобышев. Говоря о «салоне Ефимовых» и группе «Горожане», следует понимать, что они представляют собой явления одного процесса. Легкий литературный дебют подтвердил мнение Ефимова о самом себе — он удачлив. Свои успехи он расписывает по десятилетиям, на- чиная с детства. Вот началась война. Ефимова с матерью эвакуируют. Анна Ефимова получает направление на ра- боту — преподавателем в колонию для малолетних преступников в несколь- ких десятках километров от Казани. Там Игорь безбедно проводит военные годы. Да, случались неприятные собы- тия. Так, мемуарист внезапно заболел непонятной болезнью и четыре месяца провел в постели. Но как он их провел? «Пока я валялся в постели со своей за- гадочной и нестрашной болезнью, стро- ил крепости из маджонга, листал аль- бомы с фотографиями и попивал кагор (каждый день мне давали рюмочку для “улучшения пищеварения”), далекий и неведомый мир грохотал, обливался огнем и кровью, перекраивал границы государств, покрывался трупами, ды- мящимися городами, рухнувшими собо- рами и вокзалами». Замечу одно: боль- шинству сверстников Игоря Ефимова улучшать пищеварение не требовалось. Публикации состоялись, книги выш- ли, писательский билет получен. Удачу нельзя отпускать. Следующий шаг — утверждение себя в профессиональном сообществе. С этим проблема. Как уже говорил неоднократно, ограниченность ресурсов порождает жесткий контроль за ними. Битова, Ефимова, Кушнера «приняли в писатели» по необходи- мости, делиться с «молодыми» чем-то серьезным никто не собирался. Битов решает проблему переездом в Москву. Кушнер, как многие поэты, позволял себе странные вещи. Из воспоминаний Николая Крыщука — редактора того самого филиала «Детской литературы», с которого и началась книжная судь- ба Ефимова. Готовится к печати новая книга Кушнера. Александр Семенович обращается к издательству: «Он узнал, что предполагаемый тираж его книги — 50 тысяч. Это неправильно. У него нет такого количества читателей. Тираж надо сократить, иначе книга будет ле- жать на прилавках, а это стыдно. На все наши уверения, что читательская аудитория у него еще больше, чем ти- раж сборника, А. С. раздраженно от- махивался: “Не надо мне говорить! Я же лучше знаю!”» Конечно, есть соблазн списать эпизод на «игру», но почему-то другие авторы так шутить не рисковали. Ефимов в шестидесятые, уже после принятия в СП, выпускает две книги в той же «Детской литературе»: отдель- ным изданием «Таврический сад» в 1966 году и переиздает в 1969-м сбор- ник «Высоко на крыше». Его заход на территорию детской литературы был вынужденным. Писать для детей ему явно не хотелось, просто это был наибо- лее быстрый и удобный путь к «насто- ящей литературе». Из интервью Ефи- мова радио «Свобода» в 1998 году: «Я считался детским писателем и вхо- дил в секцию детской литературы в Со- юзе писателей Ленинграда. Там можно было, заузив себя на этой тематике, не касаться каких-то тем, которые волнуют взрослого серьезного человека. И тогда ощущение невольной неправды если не исчезало совсем, то притуплялось в