Сибирские Огни № 4, 2021

162 — Дядя, — сказал он, — помоги- те! Окажите материальное содействие в качестве двенадцати рублей! Иначе, боюсь, пойду неверной дорогой! — Один неверный шаг, — реагиро- вал дядя, — ты уже сделал. Ибо про- сишь денег, которых у меня нет. Я же всего лишь полковник, а не генерал». Уже в эмиграции Довлатов «пере- собрал» рассказ, включив эпизоды из него в повесть «Наши». Выступление закончилось, Довла- тов общается с поклонниками, без сле- да, как отмечает Штерн, «надменности и высокомерия». «Я тоже пробилась к нему и спро- сила: — Вы могли бы дать мне почитать другие рассказы? — Да, да, конечно. Он ринулся в зал, опрокинув на ходу стоящий в проходе стул, и через минуту появился со своей папкой. — Вот, пожалуйста. Если понравят- ся, звоните в любое время дня и ночи, если не понравятся — не звоните никог- да. И не потеряйте, и не порвите». Далее следует монолог Довлатова. Трудно сказать, насколько он «факти- чен» (будем надеяться на память ав- тора, которой она так хвалилась), но несомненно, что он «довлатовский» по духу: «Я хочу, чтобы вы знали: кроме литературы, я больше ни на что не го- ден — ни на политические выступле- ния, ни на любовь, ни на дружбу. От меня ушла одна жена и, наверно, ско- ро уйдет другая. И правильно сделает. Я требую постоянного внимания и уте- шения, но ничего не даю взамен. Ваше мнение очень для меня важно, потому что я испытываю к вам доверие. Вы так смеялись, когда я читал. Но упа- си вас Бог довериться мне. Я — не- надежен и труслив. К тому же пью- щий». Есть в сказанном элемент рисовки, некоторой игры на публику во всех смыс- лах слова. Но вся жизнь Довлатова под- твердила и показала наглядно — литера- тура его главный и единственный выбор. В нем удивительно цепко и органично со- единялись два вроде несводимых друг к другу начала: ощущение необходимости своего писательства и сомнение в своем таланте. Нужно признать, что окружа- ющие всячески поддерживали сомнение. То, что могло сыграть в пользу первого, зачастую попросту не замечалось. По- сле декабрьского вечера, уже в январе 1968 года, Довлатов участвует в кол- лективном проекте — вечере творческой молодежи Ленинграда. В поэтической части выступили Галушко, Городницкий, Уфлянд, Кумпан, прозаический раздел представляли Попов, Марамзин, До- влатов. Публике Довлатов представил уже обкатанный материал — «Чиркова и Берендеева». Естественно, что цен- тральное выступление вечера — Брод- ский, читающий свои стихи. Его выход к публике должен был ударно завершить встречу. Публика отреагировала верно. По свидетельству очевидцев, «на вечере его выступление затмило все: он почти кричал — такая была вложена в его речь интенсивность переживаний. Принима- ли восторженно». И еще: «Дали Цаава, моя подруга, вспоминала, что Иосиф декламировал таким нервным и напря- женным голосом, что она непроизвольно закрыла глаза». «Неравнодушная общественность» не могла закрывать глаза и отреагирова- ла заявлением от лица руководства лите- ратурной секции патриотического клуба «Россия» при Ленинградском обкоме ВЛКСМ.