Сибирские огни, 2017, №8

106 ВЛАДИМИР ЕСЕЛЕВИЧ ВОРОНА И все-таки она ее разглядела. Предвечернее солнце разделило сквер на две части: светлую и тем- ную. Коварная ворона притаилась в тени, уцепившись за толстый сук усыхающей лиственницы. Проходящие по скверу люди ее мало занимали. Ее отвратительный, блестящий, как шарик от подшипника, глаз внима- тельно следил за парадной дверью. В какое-то мгновение птица подняла голову и вдруг вперилась в окно, из которого за ней наблюдала девушка. От неожиданности Аля отпрянула, спрятавшись за простенок, а когда осторожно, затаив дыхание (как будто кто-то мог ее услышать), выгляну- ла вновь — ворона по-прежнему сидела на своем боевом посту, монумен- тально застыв, будто каменное изваяние. «Господи, да что же это такое! — возмутилась про себя Аля. — Сей- час возьму в туалете самую большую швабру, и пусть только попробует накинуться — я ей так задам! Я от нее перьев не оставлю!» Она стала ходить между рабочих столов, то сжимая, то разжимая пальцы рук, ме- ханически, как судья на ринге, отсчитывая секунды до того мига, когда окончательно воспрянет духом, чтобы вступить в бой! И тут сук лиственницы опустел. Ворона пропала. Ее исчезновение окончательно расстроило Алю. Она вдруг поняла, что проиграла и на этот раз: хитрая ворона сменила план, а значит, теперь может поджидать где ей вздумается. Проклиная себя за малодушие, инфантилизм, неврастению и прочие недостатки, мешающие ей жить так, как живут нормальные люди, кото- рые ничего не боятся, которые смелы и решительны и всегда знают, что и как надо делать, Аля набрала номер Дена: — Приезжай. — Не пойму, — сказала она, едва машина отъехала от института, — хоть убей, не пойму, почему она выбрала именно меня? Я даже в детстве птичьих гнезд не разоряла. — Вообще-то, — глубокомысленно заметил Ден, — это феномен. Я где-то читал, что вороны никогда не нападают на людей. Может стать- ся, что твой случай еще в Книгу Гиннесса попадет. Представляешь, что будет? Какой знаменитостью ты сразу станешь! — Ден, ты хоть понимаешь, чт о сейчас сказал? — спросила холодно Аля. Ден пожал плечами: мол, что я такого сказал? — Феномен, значит, всем подавай... Ну, давай еще ученых, всяких там орнитологов, фенологов пригласим. Журналистов, конечно, куда без них! Давай расскажем всем, как одной несчастной лаборантке не дает прохода какая-то суперодержимая ворона. Как лаборантка скрывается от нее, не выходит из дома, опаздывает изо дня в день на работу, наживая неприятности, как на работе никто всерьез ей не верит, а все только и знают, что подшучивают или дают такие идиотские советы, что если им следовать, то тебе прямая дорога в психбольницу. Ден притормозил. Повернувшись к девушке, он сказал: