Сибирские огни, 2015, № 10

20 АНДРЕЙ ТАСЛИЦКИЙ СТАРОРУССКАЯ ИСТОРИЯ Ленинграде у него осталась невеста, что она любит его и ждет. Алексей сочувственно покивал кудрявой головой — дескать, ага, брат, попался, понимаю… Но и Косте в этот день было не до работы. Как там Тася, что с ней, думал он, пока Алексей знакомил его с людьми, работавшими в зале управления, объяснял предназначение тех или иных приборов и какие ре- жимы необходимо поддерживать во время дежурства за пультом. День тянулся как неделя. Порой, очнувшись, он вдруг поражался: «Да что со мной в конце-то концов? Какое мне дело до жены Николая?» Но тут же успокаивал себя тем, что Тася в некотором роде его родственница и что он имеет право… нет, он должен беспокоиться за нее. Уже выйдя вечером после окончания смены на улицу и торопясь до- мой, он вспомнил, что забыл отправить письмо Кате и что за весь день только один раз вспомнил о ней, когда объяснялся с Алексеем. Он почув- ствовал что-то похожее на стыд, зашел на почту, отправил письмо и тут же, волнуясь, обещал себе, что больше такого не повторится, он возьмет себя в руки и будет думать только о работе. И о Кате. Дверь ему открыла веселая и румяная Тася. Как ни в чем не бывало она улыбнулась и сказала, что скоро должен прийти Николай. — Будем ужинать, у меня уже все готово. Костя прошел в свою комнату, ничего не понимая. Уж не приснились ли ему Николай без пенсне, вздыхающий старый доктор и бледное запро- кинутое лицо Таси этой ночью? За ужином Костя и Николай говорили мало. Костя чувствовал, что спрашивать ни о чем не нужно, а Николай, по-видимому, и не собирался ничего объяснять. * * * Быстро прошла неделя. Костя освоился на электростанции. Директора он больше не видел: тот давно уже передал все технические вопросы Тепло- ву, а себе оставил политическое руководство и многочисленные обществен- ные дела. Несмотря на то что директора почти никогда не было на месте, все прекрасно шло своим чередом: бумаги разбирала пожилая секретарша Эмма Карловна, а производством занимался Теплов. Станция без перебо- ев снабжала электричеством весь город, и даже на район хватало. Отработав положенное время, он шел домой, думал, как и обещал себе, о Кате, разглядывал неторопливых прохожих, по-провинциальному приветливых и смешных. Он невольно гадал, постучат ли сегодня ему в стенку или он сможет наконец выспаться. Три раза за эту неделю его посылали за Яковом Моисеевичем. Он больше не пытался заставить доктора бежать. Он немного успокоился, видя, что с Тасей ничего не происходит. Однако днем, на работе, и ночью, когда они шли со старым доктором по безлюдным улицам под сердитый лай разбуженных собак, он невольно думал о том, что молодая красивая девушка зачем-то живет со старым, некрасивым бухгалтером. Еще он думал о том, что происходит