Сибирские огни, 2015, № 10

19 АНДРЕЙ ТАСЛИЦКИЙ СТАРОРУССКАЯ ИСТОРИЯ — Тасе плохо, — сказал он шепотом. — Ты сможешь сходить за доктором? Костя кивнул, еще не успев ничего сообразить, и Николай тем же быстрым шепотом начал объяснять ему, как найти доктора. Костя вер- нулся к себе в комнату, чтобы одеться, и только тут до него дошел смысл слов, произнесенных Николаем. Он быстро оделся и вышел снова в го- стиную. Проходя мимо хозяйской спальни, он не удержался и заглянул: Тася лежала на кровати с бледным неподвижным лицом, около нее хлопо- тал расстроенный Николай, виновато щурясь близорукими глазами. Каким-то чудом он быстро нашел дом доктора. Яков Моисеевич Герштвин вышел в прихожую, выслушал, ничуть не удивился, а только вздохнул и стал собираться. — Доктор, пожалуйста, побыстрее, — взмолился Костя, видя, с ка- кой любовью доктор тщательно моет свои руки, неторопливо одевается и берет чемоданчик. Но старый еврей только пожал плечами: — Я эту больную знаю. Ничего с ней не случится. А вот с вами, молодой человек, — прибавил он, сердито глядя на Костю, — может про- изойти удар, если вы сей же час не успокоитесь! Наконец они вышли на улицу. Было все так же черно. Ворча и взды- хая, доктор тщательно обходил многочисленные лужи и, несмотря на просьбы, мольбы и проклятия Кости, ни разу не ускорил свой шаг. Они подошли к дому Николая как раз в тот момент, когда Костя уже собирал- ся схватить старика в охапку и тащить его сам. Костя остался в гостиной. Сквозь стенку не доносилось ничего, кро- ме невнятного гула и редких слов, произнесенных отчетливо, но, как ему показалось, на латыни. Минут через двадцать доктор ушел, укоризненно покосившись на Костю и пробормотав: — Я же говорил, что ничего страшного… Проводив его, Николай молча прошел в спальню и закрыл дверь. V. Наутро Костя проспал. Он явился на электростанцию с тяжелой го- ловой и красными глазами, опоздав на десять минут. Теплов неодобри- тельно посмотрел на него, но ничего не сказал. Он подвел его к старшему дневной смены — высокому парню лет двадцати восьми, с кудрявой го- ловой и ласковой улыбкой. — Будешь работать с ним, — сказал Теплов и торопливо пошел дальше. Он всегда был занят и куда-нибудь торопился: в контору, в ма- шинный зал или к снабженцам. Старшего смены звали Алексеем. Самым важным в жизни он считал не давление пара в турбине или загрузку основного агрегата, а симпа- тичных молоденьких девушек. К Косте он отнесся по-братски и пред- ложил пойти вместе вечером в клуб, на танцы, где обещал познакомить с двумя совершенно очаровательными рабфаковками. Костя сказал, что в