Сибирские огни, № 1, 2014

7 СЕРГЕЙ НОСОВ ДВЕ ТАБЛИЧКИ НА ГАЗОНЕ — Так может, деньги собрать? Я бы и на свои купила. Я только не знаю, где их продают. — Вы меня троллите. — Что? — Ничего. У нас карниз обвалился, а вы с табличкой. Это действительно потребность первой необходимости? Имейте совесть. Имейте терпение. А то, получается, вы нас имеете. Посмотрите, что в государстве творится. Как будто не в одной лодке сидим. Усовещенная, Тамара Михайловна выходит из офиса территориального испол - нительного органа жилищно-коммунального хозяйства и замечает у двери то, что, входя, не заметила: сигнальную ленту, огораживающую, стало быть, область паде - ния карниза. Не глядя наверх, быстро-быстро идет, чтобы скорее свернуть за угол. Все легковые для ТамарыМихайловны—«иномарки». Почему же она должна разбираться в экзотических видах искусства? Нательная живопись — это боди арт (о нем Тамара Михайловна читала большую статью в гостях у племянницы), а как называется то же на автомобиле, она не знает. С этим самым, с русалкой на кузо - ве — большегрудой и длинноволосой, — он и окатил их грязью на перекрестке. Тамара Михайловна еще успела отпрянуть назад, а женщине рядом не повезло. Слова, которые ныне запрещены законом к употреблению в средствах массовой информации, никогда не радовали слух Тамары Михайловны. «Зачем же так гру- бо? — обратилась она к женщине, отряхивающей пальто. — Сказали бы просто: козёл!» Она эту машину часто встречает — вероятно, водитель рядом живет… — Рыба, молоко, хлеб… — повторяет Тамара Михайловна, что купить со - бралась. Обычно треска — тушки, а тут филе. Взяла сразу три. С костями — размо - раживать надо, а тут — кинула в воду… Он и с костями рад, лопает за обе щеки, только Тамара Михайловна без костей любит. Встала в очередь на кассу и захотела прочитать, что на этикетке написано, вынимает из корзины, а оно — неожиданно скользкое — раз — и на пол. Уже рот открыла «да ну что вы!» крикнуть наклоняющемуся за упавшим, смотрит — а это Борис Юрьевич. — Борис Юрьевич, какими судьбами? — Тамара Михайловна, что вы тут делаете? — Песни пою. Что еще делают в магазинах? — А! Так вы рядом живете… Рад вас видеть, честное слово. А я проездом — случайно… — Глазам не верю: баночное пиво? Вы ли это? Мировоззренческий пере - ворот? — У тещи ремонт. Строительный мусор вывозят. Купил ребятам в конце ра - бочего дня. А как вы поживаете? — Спасибо, вполне. Ну а вы-то как без меня? Борис Юрьевич отворачивается и гасит кашель кулаком, а потом добавляет сиплым голосом: — Мы без вас… как-то так… Но помним. — Еще бы, — говорит Тамара Михайловна. На это Борис Юрьевич произносит: — Выращиваем, выращиваем потихонечку. Озаботились ферментами. Вот разводим аспергиллус ваш любимый… — Для этого большого ума не надо, — замечает Тамара Михайловна. — Есть нюансики кое-какие, — загадочно говорит Борис Юрьевич. — Оче - редной термостат до утра заряжен. —Знаем мы ваши термостаты…Вы там, глядите, поосторожней с грибками-то плесневыми. А то кашляете нехорошо.