Сибирские огни, № 1, 2014

64 ВАЛЕРИЙ КАЗАКОВ ОТ БАТУРЫ ДО БАТУРЫ полностью завалил, однако казенную тройку мне Керагаз вывела. Кто-то возмутился: дескать, я почти все решил — и тройка, а кое-кто — вообще ничего, и тоже трояк. — Он от меня всегда будет иметь свой трояк, — и прямой, как указка, палец метнулся в мою сторону, — а ты уже имеешь крепкое два вместо той хилой трешки, что я вкатила в твою тетрадь. Ему физика, — и опять — перст, указующий в мою ушастую голову, — судя по его сочинениям, уже не нужна, вспомните меня, он будет писателем, а вот тебе без Ома с Вольтом не обойтись, потому сам переправь тройку на два, и продолжим наш скорбный путь к запоминаниям, потому как для знаний у вашего класса мозгов не хватает… Странный инструмент наша память, казалось бы, серая пелена забвения плот - но прикрывает прошлое, но пошевели ее немножко — и посыпались, посыпались самые неожиданные, самые забытые образы, звуки, даже запахи, и всеобъемлющая власть действительности куда-то уходит, и ты уже там, в несегодняшней реальности, ты видишь себя вроде как со стороны: молодого, наивного, смешного, и вот уже кружится нескончаемое кино твой прошлой жизни— только успевай смеяться или смахивать наивные слезы. Пишу эти строчки и все отчетливее вижу наш «А» класс, лица ребят и девчонок, и мне не хочется, и мне боязно встречаться с нынешней реальностью моего про - шлого. Может, поэтому я ни разу не пришел на встречу выпускников, да и раньше все некогда было, а сегодня — уже и некуда: школу закрыли, почему — никто мне толком объяснить не может. Жалко, конечно. Я стал писателем, а кому книгу свою принести — не ведаю. Расползлась по окрестным школам моя первая в жизни би - блиотека. Грустно. И вот стоит угрюмое двухэтажное строение рядом с магазином на улице Белинского, насупилось своими темными и давно не мытыми окнами, но мне кажется — отопри крепко заколоченную дверь, и тебя обступит школьная тишина, чутко ждущая тарахтения звонка, и хлынет в лицо теплой невозвратной волной шум перемены, и зазвучат голоса… и, может даже, тебе посчастливится, и ты вдруг услышишь в общем гаме и свой голос.