Сибирские огни, № 1, 2014

152 МИХАИЛ ЧВАНОВ БЫВШИХ ОФИЦЕРОВ НЕ БЫВАЕТ Как удалось не потерять ни одного солдата? Секрет прост: дрючить и еще раз дрючить, и солдат, и, тем более, себя — и в плане дисциплины, и в плане боевого мастерства. Спасибо моему первому ротному! Он говорил так: ранили или убили, зна- чит — дурак, плохо воевал! Наверное, и Бог помог, хотя верующим я себя назвать не могу, только еще иду к нему…Уже в 22 года я стал командиром группы спецназа. Четыре месяца я входил в специфику ведения боевых действий. Ездил по «учебкам», отбирал солдат, обычно самых хулиганов, детдомовцев, с условными судимостями — из такого контингента, как правило, получаются самые лучшие солдаты. Когда командир спец - наза готовит солдат к операции, он с ними спит и ест. Два месяца подготовки проходят в лесу, где вы вместе живете, добываете себе пищу, отрабатываете засады, вождение, стрельбу боевых машин. Командир группы—сколько бы ему ни было лет, хоть двадцать два, —полностью за все отвечает. И пока их готовишь к боевым операциям, сплетаешься с ними душой, держишь их, конечно, на дистанции, но, тем не менее, получается почти семья. Я дважды ночью вставал, обходил казарму, знал каждого солдата, как зовут его папу, маму, знал клички их кошек, собак, знал, на какой пятке у кого какая мозоль… Жаль, что так внезапно все закончилось. Тяжело было жить, когда наш батальон расфор - мировали. Можно сравнить это с любовью, как если бы ты любил человека, полностью был поглощен им, и потом вас внезапно разлучили! На вопрос: «Какие для Вас самые дорогие награды», он ответит: «Солдатская медаль “За отвагу!”». А вот — случайно услышанный разговор. Новобранцы спрашивают старослужа - щего, к кому в роту лучше попроситься. Тот отвечает: «Все вы к Унтила не попадете, но счастье тому, кто попадет к нему. Будет тяжело, будете гоняемы нещадно, но до дембеля доживете». В 2007 году, оставив за плечами два года и восемь месяцев боев и специальных операций на Кавказе и не потерявший ни одного солдата (не многие, наверное, могут похвалиться подобным!), набравший бесценный боевой опыт Александр Унтила вы - нужден оставить российскую армию. Самый инновационный в истории России министр обороны, «маршал Табуреткин», в «реформаторском» раже намеревался вообще расфор - мировать войска ВДВ (по причине их ненужности), но легендарному генералуШаманову все-таки удалось отстоять их. Однако судьба отдельного уникального 218-го батальона специального назначения, в январе 1995 года спасшего армию и страну от позора, все равно была предрешена, он попал под каток «реформирования» по той простой при - чине, что квартировался, в отличие от 45-го полка, не в Кубинке, а в центре Москвы, в Сокольниках. А земля в центре Москвы, дураку понятно, дороже всякого золота и обо - роноспособности страны; наверное, не только Лужкову это не давало спокойно спать. А может, все еще влиятельная Пятая колонна в российской власти не могла простить батальону, как и создавшему его, а затем 45 полк полковнику Поповскому, Грозный. Батальон полностью разогнали, аллею Героев раскорчевали, землю продали и построили на этом месте элитные многоэтажки. Александр потом с горечью говорил мне: «Мне предложили единственный вариант: занять в Кубинке, в 45-ом полку, нижестоящую на две ступени должность командира роты…обеспечения (баня, столовая, склады), других офицеров, а среди них были люди намного авторитетнее меня, просто выбросили на улицу, ничего не предлагая. Хвататься за соломинку и менять “ориентацию” я не захотел, ушел со всеми». Так в 30 лет он стал бездомным военным пенсионером. Полк в Кубинке тоже пошерстили, на 60 процентов сократили количество офицеров. От расформирования его спас генерал Шаманов, а от передислокации — не поверите, удивительные обстоятельства. Многих в стране резануло по сердцу, когда 16 августа 2009 года разбился, выполняя рядовой тренировочный полет, начальник 237-го гвардейского Центра показа авиационной техники им. И. Н. Кожедуба в Кубинке, командир, ведущий и соло-пилот легендарной, известной всему миру пилотажной группы «Русские витя - зи», заслуженный военный летчик, полковник Игорь Ткаченко. Этому предшествовало решение властей передислоцировать Центр и, соответственно, пилотажную группу в безквартирный Липецк, а авиабазу отдать миллиардеру Сулейманову под vip-аэропорт для олигархов. Игорь Ткаченко к кому только не обращался, пытаясь спасти авиабазу! Накануне своей трагической смерти, потеряв последнюю надежду на спасение авиабазы, он в отчаянье написал рапорт об увольнении из Вооруженных сил. И утром (можно представить, в каком он находился нервном напряжении) погиб, столкнувшись в воз - духе с другим самолетом, — ошибка, которую в принципе никак не мог допустить не только ас, но и любой рядовой летчик.