Сибирские огни, 2012, № 5

— Я всегда буду перезванивать. Каждые пять минут, — обещаю я, хоть сам себе не верю. Чтобы еще такого сказать? Какие слова ей понравятся? Кто их разберет, этих женщин? Особенно экологически чистых леди. — Как хорошо. Кит! Будто недостающая и давно утерянная частичка пазла вдруг нашлась, встала на свое место, и я собралась в целостную картинку. — И очень красивую картинку, — говорю я, целуя ее голое плечо. И добавляю: — Ты — моя любовь. В этих словах я не сомневаюсь. Нет такой женщины, которой эти слова не понра­ вились бы, поэтому я повторяю их громче и уверенней: — Т ы— моя любовь. И вдруг сам себе верю. П И Р ОЖНЫЕ Он всегда смотрел бокалы на свет— достаточно ли чисто вымыты. Если резуль­ тат его удовлетворял, он наливал в них вино из очередной бутылки, с которой предва­ рительно вытирал пыль влажной бумажной салфеткой, — так, чтобы до краев остал­ ся сантиметр. К ее приходу на маленьком журнальном столике, аккуратно застеленном чис­ той скатертью с вышитыми петушками, всегда стояло блюдо с бутербродами с ик­ рой и прочими деликатесами, тарелочка с подсоленными орешками и стеклянная ваза с фруктами. А после ужина он обычно варил кофе и вынимал из холодильника маленькие пирожные, купленные специально для очередного свидания. Но в тот день кондитерская была закрыта по случаю какого-то религиозного праздника, и он был крайне недоволен этим фактом — он уже привык к этим ма­ леньким пикантным пирожным, всегда покупая семь одинаковых. Он обычно съе­ дал два, а она — три. Оставшиеся пирожные он доедал на следующий день, один. Купить сегодня сладости в другом непривычном месте он не рискнул. Больше всего на свете он не любил отклонение от графика или нарушение пла­ нов. Конечно же, он осознавал, что невозможно жить по одному графику, но все же требовал от других, чтобы его предупреждали о малейших изменениях в событиях, в которые он был вовлечен, хотя бы за несколько дней, и все его родственники, подчиненные и друзья знали об этом его пунктике. Впрочем, у него почти не было друзей. С понедельника по пятницу он выходил из дома всегда в одно и то же время — ровно в восемь тридцать. Он всегда был аккуратно подстрижен, гладко выбрит, в туфлях, начищенных до зеркального блеска. По понедельникам и четвергам прихо­ дила домработница убирать его дом. Раз в неделю, по воскресеньям, у него был родительский день: ровно в полдень бывшая жена привозила ему двенадцатилетнего сына. Они шли в парк или в кино, в зависимости от погоды, а после — в кафе. Ровно в шесть вечера он подвозил мальчи­ ка к дому бывшей жены. И два раза в неделю приходила любовница: всегда по втор­ никам и пятницам, как он договорился с ней около двух лет назад. Ритуал был неизменным: в шесть вечера она подъезжала к его дому на такси. Он уже ждал ее у входа в дом, расплачивался с таксистом, затем, галантно поддерживая ее под локоть, вел в гостиную. Дверь в ванную уже была приоткрыта: ожидалось, что она зайдет туда — освежиться после работы и вымыть руки перед ужином. В ванной она машинально протягивала руку и снимала крахмальное чистое полотенце, при­ готовленное специально для нее — оно всегда висело на одном и том же крюке. Потом выходила к столу. Он наливал вино, ставил тихую музыку, а после ужина варил кофе и приносил эти семь маленьких пирожных, которых сегодня не было. 7 заказ Ле 629 ЕВГЕНИЯ ГОРАЦ СЕРДЦЕ МАНХЕТТЕНА