Сибирские огни, 2012, № 5

ОЛЬГА НОВИКОВА Щ КАЖДЫЙ УБИВАЛ двор въезжала незнакомая машина. Насмотревшись сериалов, они теперь запоми­ наю!' не только цвет, но и в марках разбираются, а некоторые, особо продвинутые, с биноклем разглядывают номера и записывают в специальную тетрадку. Есть в Рос­ сии самодеятельные Пуаро и мисс Марпл. Чтобы лучше понимать добровольных стукачей, Глеб как-то пару дней по не­ сколько часов посидел у своего окна, попивая пивко. Наблюдал за домом напротив. Башню недавно заселили. Года полтора строили тридцатисемиэтажную махину, ко­ торая заслонила от него и более активных, чем он, соседей вид на Москву, белого света лишила... Жильцы собирали подписи против стройки, пикеты выставляли, ког­ да вырытый котлован стал похож на черную дыру, в которую, казалось, вот-вот ухнет их скромная семнадцатиэтажка. Тетка с пятою этажа под бульдозер полезла, но тол- ку-то... Увезли се по скорой и продолжили свое нечистое дело. Глеб не участвовал в возне рядовых граждан: по своим каналам узнал, что компания-застройщик аффили­ рована с мэрским родственником, а против лома... Серые цементные блоки, похожие на те, из каких сложен и Глебов дом, быст­ ренько поставили один на другой, облицевали для форсу бежевыми и светло-корич­ невыми кирпичами, цветники разбили, при въезде во двор поставили будку с охран­ никами и наверху, в пентхаусе поселили выскочку-телеведущую — вот и элитное жилье готово. Вблизи выглядит очень и очень цивильно, но издалека, если взглянуть от Храма Рождества Богородицы, дом кажется нелепым: будто кубиков не хватило для тог о, чтобы все части были одной высоты. Словно набирали на постройку из разных комплектов... В детстве Глеб тоже никак не мог соорудить широкую высот­ ную башню — столбики складывал неровно, и последние кубики в каком-нибудь отсеке грозили обрушить все хрупкое сооружение. По слухам, в высотке напротив тоже были перекосы, но, видимо, устранимые, раз жилье расхватали. Всего на одном окне висит белая афиша с красным сигналом: «продается». По утрам туда теперь тянутся помощники и помощницы по уборке-готовке, по детям, по еще хрен знает чему, коммивояжеры снуют на машинах и на своих двоих, а настоящие жильцы редко светятся, но, если нужно, и их застукаешь... Неожиданно пригодилось сейчас. Усилия всегда дают результат. Подгоняемый адреналином, который впрыскивается в кровь после любого ус­ пеха, Глеб шагает легко, не сбивая дыхание, и радуется, что не стал ждать обществен­ ного транспорта. Вон уже скоро поворот к конторе, а ни один автобус его пока что не обогнал. Да и тысяча девятьсот девяносто восемь метров быстрого хода от метро до прокуратуры ему сейчас необходимы. Отвлекся, отстранился, а теперь надо надеж­ но спрятать от посторонних то, что внутри. Западная, то есть столичная Москва кончается, когда улица Красных Зорь стано­ вится улицей Маршала Неделина. Окраинность начинается с первого же дома, укра­ шенного вывеской «Криминальная полиция». До сих пор названьице режет ухо... Начальники не чувствовали его двусмысленность, когда делили государственный орган правопорядка на криминальную милицию и милицию общественной безо­ пасности. Нечестивая контора сама себя разоблачает... У подхода к калитке в огороженный парк, примыкающий к прокуратуре, вне поля зрения глазка подсматривающей камеры, Глеб скидывает серую куртку с капю­ шоном и запихивает ее в сумку, снимает темные очки и усмиряет пятерней густые волосы, разглаживает челку. Теперь начальник не придерется, по крайней мере к внешнему виду. — Дуй наверх!— вместо «здрасьте» велит дежурный. Черт, все тут мной командуют... — Татарник сейчас заодно с тобой и нас поимеет! — несочувственно смеется вахтер. Обидно. Издевается? Да нет, скорее — ничего личного, всего лишь развлечение на рядо­ вом скучном дежурстве, успокаивает себя Глеб, но победное настроение сбито. Все тут, в этом каземате, построенном в послевоенном советском году, нацелено на