Сибирские огни, 2012, № 5

в сферу прославления художественных дос­ тижений прошлого, и вовсе «переставал от­ вечать своему прямому назначению — быть зеркалом текущего литературного процесса» [18]. При этом большинство юбилейных ста­ тей были такими же мифами, которые твори­ лись по соцреалистическим стандартам с це­ лью канонизации классиков русской и миро­ вой литературы «в нужной» идеологической ипостаси. «Одна из постоянных величин не­ хитрой рецептуры, по которой создавались юбилейные статьи, состояла в последователь­ ной канонизации пролетарской идеологии, с высот которой “видно все”, но до которой не суждено было “подняться”, “дорасти”, “воз­ выситься” никому из представителей старой литературы» [19]. Анатолий Высоцкий дожил до семиде­ сятых (умер 4 декабря 1970 года), и на склоне лет писал монографические очерки об извес­ тных сибирских писателях. В том числе и о тех, с кем беспощадно боролся в двадцатые и тридцатые годы (Зазубрин, Итин). Но, как гла­ сит мудрость, времена меняются, и мы меня­ емся вместе с ними, а потому и тональность его опусов стала иной... Как видим, все тридцатые годы в «Си­ бирских огнях» продолжалась редакторская чехарда. И удивляться тут особо нечему. Вре­ мя было такое. Социальные, политические штормы бушевали по всей стране, не давая ей спокойно, стабильно развиваться. Сибир­ ский журнал тут, конечно же, не составлял исключения. В годы Великой Отечественной войны выпуск «Сибирских огней» в формате «тол­ стого» литературного журнала приостановил­ ся. Выходил эпизодически на их базе альма­ нах под разными названиями («Огневые дали», «Сибирские огни», «Сибирские дни»), кроме того, было подготовлено три фронто­ вых спецвыпуска для читателей-фронтови- ков. Лишь в 1946 году журнал восстановил­ ся в довоенных параметрах и стал выходить регулярно. Так вот, последним предвоенным и пер­ вым послевоенным главным редактором полновесных «Сибирских огней» был Сав­ ва Кожевников — еще одна заметная фигура в литературном и культурном пространстве Сибири. В отличие от предыдущих руководите­ лей журнала, был он коренным сибиряком. Родился Савва Елизарович Кожевников 14 (27) сентября 1903 года в алтайском селе Кри- винское. В Гражданскую войну участвовал в партизанском движении на Алтае. Занимал­ ся комсомольской работой, избирался секре­ тарем уездного комитета комсомола. А после окончания Свердловского коммунистическо­ го университета работал в сибирских окруж­ ных и краевых газетах «Молодой большевик», «Красный Алтай», «Советская Сибирь». Был в предвоенные годы и редактором Новоси­ бирского книжного издательства. Великую Отечественную войну Савва Кожевников прошел корреспондентом армейской газеты «Сокол родины». Свой литературный путь Кожевников начинал на пороге тридцатых годов. Внима­ ние на себя он обратил тогда работами об истории сибирской литературы и писателях Сибири. Выступал и со статьями по пробле­ мам текущего литературного процесса, твор­ ческими портретами, писал рецензии. Но в литературе по-настоящему утвердился как талантливый очеркист, прокладывавший в этом жанре новые пути и внесший в его раз­ витие весомый вклад. Да и первой его кни­ гой был очерк «Единственно правильный путь» (Новосибирск, 1933). Потом были «Сибиряки», «Белая тайга», «Литературные очерки», «О чем шумят сосны», «На земле сибирской», «Мы собираем янтарные зер­ на» и другие книги, изданные в Новосибир­ ске и Москве. Поскольку вся жизнь Кожевникова была тесно и прочно связана с Сибирью, она и стала главным предметом его творчества. Сибирь у Кожевникова предстает самыми разными гранями. В его произведениях мож­ но встретить и описания увлекательных пу­ тешествий по Сибири, и рассказы о героиз­ ме советских людей в Великую Отечествен­ ную войну, и революционное прошлое род­ ного края, и воспоминания о замечательных людях, живших и живущих здесь... Но каких бы тем Савва Кожевников ни касался, он все­ гда стремился рассказать о «подвиге народа и освоении огромного края, показать исключи­ тельную, ни с чем не сравнимую мощь и кра­ соту Сибири, проникнуть в характеры ее лю­ дей» (Н. Яновский). Питая к Сибири неизбыв­ ную любовь, писатель согревал ею свои про­ изведения. Недаром Л. Сейфуллина по пово­ ду очерков Кожевникова говорила, что они «заражают внутренним огнем писательского волнения, живым чувством современности». Савва Елизарович навсегда остался в нашей культуре настоящим знатоком и патриотом Сибири.