Сибирские огни, 2012, № 5

Два эпизода того времени из моей жизни. В середине 1990-го года получаю уведомление из столичного издательства «Современник» о том. что моя всеми одоб­ ренная, отработанная и уже готовая к печати книга напечатана не будет из-за того, что она «не представляет коммерческого интереса». Вот так — вчера представляла, а сего ­ дня — нет. К уведомлению прилагались письма зав. редакцией, моего редактора и даже кого-то (не помню уже) из высшего руководства. Дескать, видит бог, сие непра­ ведно, но что поделать... Может быть, придут иные времена... Другой эпизод, уже, так сказать, местного значения. По той же причине (отсутствие коммерческого интере­ са) почти в то же самое время рассыпают набор моей книги (тогда ещё не было компь­ ютерного набора, и литеры отливали в металле) в Алтайском книжном издательстве. Правда, в отличие от Москвы, здесь выплатили мне гонорар за первый тираж (15 тысяч экземпляров). Приличные деньги, тем более — за неизданную книгу! Помню, шел я из издательства с оттопыренным карманом и дремучей тоской на сердце. Не эта ли тоска буквально выдавила из жизни одного за другим замечательных наших писателей? Я тогда, помнится, стенку, на которой были развешены портреты литераторов, членов Союза писателей СССР, назвал стеной плача. Живые на этой стене всё убывали и убывали, а новое пополнение никак не доходило ушедшим даже до подбородка, честное слово, недоросли какие-то, хотя возраст у большинства был — весьма почтенный! Сейчас количественно писательская организация замет­ но превосходит ту, которая существовала до конца 80-х годов прошлого столетия. Но здесь как раз тот случай, когда количеством не возьмешь. То и дело слышишь: вот, нынче писателей ни во что не ставят, никакого им внимания и почета. Не стану говорить, что эти разговоры — одно из проявлений нашей национальной особенности: искать виноватого на стороне, но почти никог­ да — в самом себе. В нашем случае безо всяких оговорок вина лежит на самих писателях, и, прежде всего, на качестве их продукции. Имею ли я право на подобные выводы? Судите сами, моя практика — это многолетняя работа в журнале, где через руки сотрудников проходят сотни рукописей, в том числе — наших уважаемых чле­ нов Союза писателей. Правда, большинство из них обходят журнал стороной: книгу- то нынче можно и так издать, не проверяя себя журнальными публикациями. Кроме того, мне приходится уже много лет руководить краевыми семинарами, где многие, вступившие ныне в Союз, не смогли перешагнуть даже отметку начинающих. Я по­ стоянно заседаю в различных комиссиях и экспертных советах по литературе, где тоже имею возможность наблюдать за литературным процессом и оценивать его. Да за что же вас уважать, господа, коль вы, точно мыши амбарные в светлое утро, попрятались по своим норам, и жизнь во всём своём многообразии — красоте и уродстве — протекает мимо вас, никак вас не задевая? Где ваше слово — заступни­ ков и мудрецов? Не дождаться от вас ни исследования с публицистической глубиной, ни статейки на жгучую тему. Или вы в своем величии и желании творить «нетленку» попросту пренебрегаете неблагодарной работой чистильщика общества? Боюсь, вам даже эти мысли не приходят в голову. А ещё более опасаюсь, что вы и слова такого не знаете — публицистика. ЗАДРУГИ СВОЯ ■ Нынешним членам писательской организации мало знакомо такое понятие — «писательское сообщество». Вроде бы изначально заложенная неправда — о каком таком сообществе может идти речь, когда писатель одинок по сути своей и по боль­ шей части призван творить в уединении. Коллективизм здесь скорее вреден, чем полезен. А вот и ошибочка выходит! В сообществе людей творящих вырабатывается некая корпоративная этика, интерес к работе друг друга, принцип соревновательно­ сти. Как это ни покажется кому-то странным, критика нынче умерла не только и не столько потому, что она есть часть литературного процесса, который претерпел се­ годня серьезные изменения не в лучшую сторону. Дело в том, что во время оно самая содержательная, бескомпромиссная и профессиональная критика исходила, прежде всего, от самих писателей, которым не нужна была ни команда сверху или АНАТОЛИЙ КИРИЛИН &&№ МОЙ БРОШЕННЫЙ ДОМ