Сибирские огни, 2012, № 5

АНАТОЛИЙ КИРИЛИН МОЙ БРОШЕННЫЙ ДОМ Краевая писательская организация переезжала в дом по улице Анатолия в конце 80-х годов прошлого столетия. На какое-то время двухэтажный бревенчатый особняк стал долгостроем, и я думал, часто проходя мимо лишенного архитектурного образа сруба, что пакля, торчащая из пазов и свисающая космами, на несколько раз про­ мокла. Её надо сушить, забивать заново и т. д. и т. п. Мы с Виктором Горном, тогдаш­ ним руководителем писательской организации, ходили по городу, выбирая помеще­ ние для писателей. Помню, предлагали этаж над магазином «1000 мелочей», кото­ рый являл собой в то время груду развалин, испугавших нас куда больше, чем дере­ вянный мокнущий недострой. Как вариант рассматривался уютный особнячок за памятником Кирова, позже, в первые годы перестройки, снесенным. Но особнячок перехватили более разворотливые люди. Каиое-то время в нём находился городской жилищный трест № I. Интересно, что совсем рядом, через дом, за пару десятилетий до того располагалась писательская организация (проспект Ленина, 8, второй этаж, правое крыло). Жили бы и жили там, да вот понадобилось помещение для более солидной организации. Тогда краевое отделение Союза писателей СССР, — именно так называлось писательское сообщество Алтая, — переехало на улицу Новую, 11А, позднее — проспект Строителей. Тесновато там было, может, потому однажды встал вопрос о переезде на новое место. А может, по какой другой причине, сейчас уж и не вспомнить. Необходимо отметить другое. Деньги у организации с названием «Литератур­ ный фонд СССР» тогда были немалые — одно перечисление Домов творчества пи­ сателей и мест, в которых они располагались, приводит сегодня в трепет неискушен­ ные души. Потому ничего не стоило построить отдельный дом в историческом цен­ тре главного города края. А в придачу Москва (понятно, что штаб-квартира Литфон­ да находилась там) предложила построить Дом творчества в курортном месте Бело- куриха. И ещё — жилой дом в Барнауле, чтобы разом решить все жилищные пробле­ мы писателей. Это никакое не преувеличение, а исторический факт, говорящий все­ го лишь о том, какая сила и финансовая мощь была в руках Литфонда. Кстати, соседи из Горно-Алтайска, которые до того времени считались частью писательской орга­ низации Алтая (как и вся Горно-Алтайская автономная область — частью края), построили на предложенные Москвой деньги большой кирпичный дом, получив потом в нём несколько квартир. А сама организация расположилась на первом эта­ же. Впоследствии, когда жизнь поставила писателей на грань бедности, алтайцы сда­ ли часть этого этажа в аренду, а на вырученные деньги хоронили собратьев, а кому- то, глядишь, наоборот, помереть не дали. Писателей из Барнаула отчего-то не заинтересовали московские предложения и они, отвергнув идею с Домом творчества в целом, по поводу жилого дома высказа­ лись примерно так: «Буду ещё я (условно говоря — Ваня) жить в одном доме с Васей (тоже единица условная)!» Обвинять писателей в недальновидности можно сколько угодно, и это будет справедливо. Но, в конце концов, их профессия не требует навыка дальновидности, их профессия — писать книги. Помнится, ещё была какая-то сказочная дача, стоящая в сказочном месте, пода­ ренная писателям тогдашним секретарем Центрального райкома КПСС Барнаула Максачевой. Вот так просто взяла и подарила! Правда, на даче той никто ни разу так и не побывал. Для чего я всё это рассказываю? Уверяю вас, этого вы ни в каких архивах не найдете, и потому, — зайди в будущем разговор о писательской собственности (кото­ рой, настаиваю, никогда не было), о перемещениях писательского лкада, организован­ ного в Союз писателей, — моё свидетельство о том времени будет единственным. Вспомнить малоуютное пристанище писателей по адресу Строителей, 11А без доброго слова — согрешить перед правдой и свидетелями тех лет. Дело в том, что на период с конца 60-х и до 80-х годов XX века пришёлся, не побоюсь этого слова, расцвет писательской организации Алтая. С одной стороны, живы и трудоспособны ветераны — Лев Квин, Георгий Егоров, Петр Бородкин, Петр Старцев, с другой — подоспела молодежь: Леонид Мерзликин, Евгений Гущин, Николай Черкасов, Игорь Пантюхов... Соединение опыта и молодости, зрелости и таланта дало неплохие ре­ зультаты, конечно же, прежде всего — хорошие стихи и прозу. Ах, время, время!..