Сибирские огни, 2012, № 5

Как медленно тащится здесь лифт! — негодует тем временем Анжела. Даже короткую дорогу до третьего этажа невыносимо видет ь собственное перекошенное лицо. Отвернувшись от зеркала, она пытается отгородиться от реальное гп. Вспоми­ нает, как на прошлой неделе Ника ждала ее у окна с Ульяшей на руках. «Уф, хорошо, что ты проскочила, — обрадовалась тогда кузина. — А я уж бес­ покоилась. .. Вон проспект перекрывают — главный почти каждую субботу теперь обедает в здешнем трактире». Вместе сфоткали пустую Кутузовку с кортежем из черных джипов, который, как стая ворон, разворачивается по встречке. Тут же загрузили в ЖЖ. Народ валом пова­ лил, пост попал в «гоп»... Что-то же надо делать с наглеющим беспределом! Уже привыкли, что в будни по Москве не проехать, гак теперь и уик-энд поганят. Может, и в сегодняшнюю субботу повезет... Не гонись за рядовичем, лови атамана. Ущу- чим власть! Предвкушая добычу, Анжела ступает из лифта на площадку и в гулкой полутьме слышит непонятные звуки. Мягкие грузные шлепки... Настораживается. Как будто по лестнице волоком тащат что-то тяжелое... Журналистское и женское любопыт­ ство, а может, и охотничий инстинкт заставляют ее сбежать на пролет вниз, и она видит удаляющиеся спины двух долговязых качков с раздутым клетчатым баулом. Каждый держит сумку за одну ручку, не на весу, по полу тянут, и то им тяжело. Явно торопятся... Тогда чего бы лифта не дождаться? Слышно же, что подъезжает... Все наблюдения отлетают в самый дальний загашник сознания, когда Анжела нажимает звонок Никиной квартиры. Никто не отвечает. Она оглядывается и, не при­ сматриваясь, снова тычет пальцем в кнопку. Длинный ноготь застревает в щелке и надламывается. Она нервно дергает обломок... ойкает: содрала с мясом. Громко дует на больное место. Но физическая боль слегка затушевывает страх. Анжела опускается на корточки. Через крохотную замочную скважину на нее направлена темень прихожей. Ухо улавливает плач, на который там, в недрах кварти­ ры, никто не отзывается. Коленки снова начинают неподконтрольно вибрировать. Мелко-мелко так дро­ жат. .. Глоток кофе, уже обработанный желудочным соком, подступает к горлу. Кис­ лоту хочется выплюнуть, но приходится сглотнуть эту гадость. Анжела рывком рас­ прямляется и пробует побарабанить в дверь. Звук тонет в мягкой обивке. Она коло­ тит по металлическому косяку, отбивает костяшки пальцев. Никакого толку. Что?! Что стряслось? В голове проблескивают жутковатые картинки типа лужи крови возле размоз­ женной головы... Анжела старается их не рассматривать. Ладонью растирает заты­ лок... Глубокий вдох и медленный выдох трясучку не прогоняют. Что еще есть от стресса? На тренинге советовали задавать себе вопросы. «Будет ли случившееся волновать меня через месяц, год?» Будет. «Стоит ли это того, чтобы так переживать?» Стоит. Еще рекомендовали пробежку. Годик, другой побегать на манер Форреста Гам- па ... Это бы помогло, усмехается про себя Анжела. Юмор взбадривает, и она понимает, что одной ей с ситуацией не справиться. К кому кинуться?! Не звонить же милому в небо... А ближе нет надежного мужского плеча. Порочная привычка сосредоточивать все свои надежды на одном... Да и тот, за кордоном, скорее всего отмахнется... «Опять твои дурацкие предчувствия! Я сей­ час занят!» Норов не клетка — не переставишь. Тетку надо известить! Может, она что-то знает ... Может, ничего страшного не случилось... Вызвонив по мобильнику Никину маму, Анжела начинает разговор издалека — изображает беззаботность: ОЛЬГА НОВИКОВА КАЖДЫЙ УБИВАЛ