Сибирские огни, № 3, 2010

пиджаком от позора, крепко зажмурился и вроде бы стал засыпать, как вдруг щелк­ нули засовы, и на пороге камеры показалась Катя. Она была в военном френче, туго перетянутом широким ремнем с кобурой. На ее восхитительной голове алела косын­ ка. Выражение лица было измученным и суровым, словно после аборта. — Посадите его на стул, развяжите и ждите за дверью, — бросила она долговя­ зому молодому охраннику, по виду непрофессионалу, вошедшему вслед за ней. Тот выполнил задание без слов, стараясь не касаться меня лишний раз, и удалил­ ся поспешно. — Интуиция меня не подвела,— процедил я небрежно.— Я нашел тебя, киска. — Прекратите, Попов,— Катерина опустилась на стул и скрестила на груди руки. \ — Не мелите чепухи. Вы валялись пьяный в притоне, когда мои люди нашли вас. — Приятно слышать, что ты тоже нуждалась во мне. — Прекратите. Мы искали вас, чтобы зачитать и привести в исполнение приго­ вор! — Позвольте узнать, кто это «мы»? — спросил я, потирая опухшие руки. — Боевая организация граждан, — произнесла Катя с вызовом. — Ты тоже «БОГ»? Мне следует пасть на колени?— я представлял нашу встречу иначе и, чтобы не скисать, язвил. — К сожалению, во мне не осталось веры, ибо я уже видел одного «бога» совсем недавно в обстоятельствах не слишком приличных. — Это я послала Игоря на одиночный пикет. Он должен был показать вам транс­ парант, где было написано, кто вы такой на самом деле. Он должен был заставить вас задуматься о том, что вы делаете. — По-моему, у него не получилось. — Прекратите паясничать. Вы развратили Игоря! — Я не знал, что он «бог», и угостил его виски. А он выпил. — Нас еще называют «красными косынками», — Катя демонстрировала твер­ дость и не собиралась шутить. — Не знаю. Не слышал. Слышал только про красные трусы, что они больше не в моде. — Вы лжете. Мы действуем больше года. Мы представляем интересы «Родины- 8», которая защищает интересы народа, в отличие от прочих так называемых «ро­ дин», — Катя нахмурилась. — И прекратите мне «тыкать». — Вы что же, Катерина, заодно с теми матросами, которые ездят на грузовиках и грабят винные магазины? — Не смейте! — Катя схватилась за портупею, видимо, для поддержки. — Эти матросы обычные гопники, маргинальная секта. — А ваши люди не грабят? — Наши люди — экспроприируют, — Катя встала и села, она разволновалась больше меня. — Мы ничего не оставляем себе. Все отправляем на дело. __В Москву? — спросил я, удивившись собственной прозорливости. — В Москву, — кивнула она по-детски. __Все как у Чехова. Милая Катерина, мы тоже отправляем в Москву. — Не надо называть меня милой. И я вам не верю. __д а? Катя, да. Так и есть. Москва собирает со всех: с революционеров, с реак­ ционеров, с патриотов, с диссидентов — и всем ооещает что-то. А раз Москва обещает всем, то ничего не даст никому. Вы понимаете, что происходит, Катя? Вы понимаете! Мне нужно позвонить. __Это исключено, вы под арестом. И я вам не верю. Ни одному слову. Но как вы умеете лгать, боже мой! — Вы про ту нашу встречу? __Забудьте! Ничего не было. В общем-то я узнала от вас почти все, что мне нужно. Если вам больше нечего мне сообщить, извольте слушать. Мы, «красные косынки» «Боевой организации граждан», судим вас, коллаборациониста Попова, за ВИТАЛИИ ЩИГЕЛЬСКИИ № ВРЕМЯ ВОДЫ