Сибирские огни, № 3, 2010

ВИТАЛИЙ ЩИГЕЛЬСКИЙ ВРЕМ Я ВОДЫ близость раскаленного утюга возле оголенного живота. Я являлся уполномоченным органом «Родины-6», но еще не был наделен правом отпускать чужие грехи, да и смысл Диминых слов не интересовал меня. Я глядел сквозь его красный, покрытый слипшимися волосами лоб и видел прошлое. Тот злополучный день, когда Дима и Шнейдер, не став будить меня, получили по накладным Снеткова товар, а затем пере­ продали его группе ребят с характерными мало-охтинскими лицами. Когда Снетков и товарищи гасили меня в моей же квартире, Дима летел на юга, посасывая мартини. Это выглядело как предательство, причем не спонтанное, а спланированное. Я смот­ рел на детский Димин лоб, и мне хотелось, чтобы это была ошибка обретенного мною видения, но ... К сожалению, я не ошибался. Я уже не умел ошибаться. По неписанным правилам деловой этики мне следовало отомстить Диме, но я колебался и с какой-то озверелостью запихивал в рот куски недочищенной воблы, кровожадно рвал высушенное мясо зубами и топил в больших глотках пива. Я пытал­ ся успокоить себя. Я ждал насыщения, пресыщения, которое сделает меня безраз­ личным. А Дима все плел какую-то ересь, пил пиво, смеялся. Два его телохранителя — две дымящиеся кучи говна— хотя и высились рядом, но уже не представляли опас­ ности. Пот тек ручьями по их изможденным от жара телам, по рукавам и штанинам, по швам бронежилетов и низким бугристым лбам. Все, что можно было узнать, я узнал, но не мог определиться с решением. Только Косберг мог дать совет. Косберг мог стать третьей независимой стороной, способной объективно оценить положение. Но в планах каперанга пока ни Диме, ни его бизнесу не было места. Время Косберга стоило несоизмеримо дороже. Поэтому я сказал своему товарищу, что иду в туалет, и покинул парилку. В предбаннике я быстро оделся и вышел на зимнюю улицу распаренный и недомытый. Я решил подождать того времени, когда бизнес Димы вырастет до интересующих «Родину-6» размеров и автоматически попадет в зону наших интересов. Я надеялся, что встреча— это знак, и ждать придется недолго. Таким образом, прошлое, вмешавшись в настоящее всего один раз, отразилось на моих будущих предпочтениях. Глава 26. ТЕНЬ ИМПЕРАТОРА Повторю еще раз: в годы восстановления, восхождения и возрождения никто из нас, членов ядра «Родины-6», не жил. Внутри нас и вокруг нас не было ничего. Был только долг. Все мы жили долгом. Мы собирали долги. Мы отдавали долги. Мы искупали вину перед Родиной... Искупление пришло неожиданно. Я проснулся посреди ночи от сигнала трево­ ги. Не раздумывая, выскочил в коридор и бросился к кабинету Косберга. По пути я несколько раз столкнулся с особо безмозглыми «бобрами», которые, запутавшись в планировке дома, бежали в противоположную сторону. То ли я двигался слишком медленно, то ли спал слишком крепко и не смог вовре­ мя среагировать на сигнал тревоги, но в зале было уже полно народу: «выдры», «бобры», какие-то гражданские лица. Все они смотрели на меня, улыбаясь. Это ка­ залось странным, обычно зал пустовал: распластанная во всю стену гигантская карта, низкий письменный стол точно под люстрой, гавайский гамак в правом углу и лежа­ щий в нем Косберг — вот и вся утварь, которую я когда-либо видел здесь. Теперь зал был полон столами, заставленными напитками и едой. Допотопный катушечный магнитофон тянул «Малиновку». Под потолком покачивались синие и розовые воз­ душные шарики. Как на свадьбе у прапорщика, подумал про себя я и спросил, натя­ гивая на нос очки, чтобы скрыть удивление: — Что происходит? Где Косберг? В ответ раздалось сиплое и нестройное «хи-хи-хи», будто присутствующие про­ пустили по паре стаканчиков.