Сибирские огни, № 3, 2010

Пока начальник метался в горячке, я подсчитал потери утренней экспедиции. Итоги оказались неутешительными: во время охоты на каперанга мы потеряли до тридцати процентов личного состава швей. Почуяв в утреннем воздухе табачно­ пивной аромат половозрелых мужчин, они рассосались по городу. Я не винил тех, кто ушел. Я винил себя, я недооценил особенности женской биохимии: в период овуляции гормоны у женщин доминируют над импульсами коры головного мозга. То был научный факт, и он объяснял моральную неустойчивость женского контин­ гента в определенные календарные даты. Я оглушительно выругался, витиевато, восьмиэтажно, чтоб достать до печенок всех оставшихся на борту девушек. От упоения матом мне в голову пришла мысль о необходимости создании системы контроля за швеями, некоего особенного отряда, если угодно, органа, индифферентного к плотским соблазнам. Этот бесчувствен­ ный аналитический орган выполнял бы функцию «пояса верности» у горячих, чув­ ственных, думающих ниже пояса швей. Большая холодная голова и длинные, лишен­ ные растительности, ноги — вот каким представлялся мне идеальный сотрудник нашей с Косбергом группы быстрого реагирования. К сожалению, два этих качества были несовместимы в реальной жизни. Тем не менее, отряд всеобщего контроля за всем, что обычно исчезает из виду, скоро возникнет. Сформированный из наукоемких и лишенных прелестей бытовых сторон жизни альтруистов-профессионалов, отряд появится в канун группового зах­ вата швеями олигархов. Непризнанные гении-одиночки, невостребованные умы, отличающиеся от тупого агрессивно-унылого большинства полной неспособнос­ тью извлекать коммерческую выгоду из своего дара. Этот отряд будет действовать незаметно и безошибочно и постепенно установит контроль над швеями, лицами других профессий и лицами, профессий не имеющих. За скрупулезность, въедли­ вость, дотошность, не брезгливость он получит название «СКУНС», чем будет гор­ диться. Неприметные скромные люди без знаков отличий составят гвардию «Роди­ ны-6». Их прямым командиром буду я. Ввиду строгой секретности я и сам не все­ гда буду помнить об этом... А теперь еще немного об исчезнувших швеях. Жизнь на улице не так прекрасна, как кажется на первый взгляд, поэтому многие девушки скоро вернулись. Первых беглянок мы приняли дружелюбно, и впоследствии они отхватили свой жирный куш. Объявившимся позже, когда захват олигархов произошел, и самые богатые из инте­ ресующих нас персон уже были окучены, пришлось унижаться до олигархов второ­ го сорта. Пришедшим с повинной ткачихам уже после формального возникновения «Родины-6» либо выявленным и пойманным группой «СКУНС», иждивения за счет толстосумов не предусматривалось. Из них, после санитарной и строевой обработки, формировались мужеподобные армейские подразделения «ВЫДРЫ» с уклоном в тяжелое садо-мазо. Облаченные в металл и кожу, вооруженные шоке- рами и резиновыми дубинками, «выдры» выполняли второстепенные вспомога­ тельные функции, в основном нагоняли жути на всякого рода интеллигенцию при патрулировании улиц... Дух Косберга вернулся в тело в канун Великой Октябрьской социалистической революции. Был поздний вечер. Я пожелал будущим «выдрам» спокойной ночи и, как пове­ лось, запер их на замок до утра. На полпути к своей каюте, той самой, где я отходил от пьянства и учился разбираться в чужих мозгах, я остановился. Мне почудились странные шорохи в торпедном отсеке, и, прихватив тяжелый разводной ключ для возможной самозащиты, я поспешил туда, на ходу соображая, кто бы это мог быть. Внешние люки задраены, значит, шуршать могли только свои. Швей я пересчитал дважды— они отпадали, значит, либо проснулся Косберг, либо завелась крыса. Подняв над головой ключ, я ворвался в торпедный отсек. Я успел вовремя. Минута-другая, и всех нас было бы не спасти.