Сибирские огни, № 3, 2010

Прежде чем мне удалось бежать, я проработал на ликероводочной линии три дня и три ночи. Линия была обустроена прямо в подвале и состояла из нескольких грязных чугунных ванн с водой и спиртом, столом для наклеивания этикеток и вер­ стаком для забивания пробок. Двадцать сортов водки со всех концов света делали пятеро бомжеватого вида угрюмых людей. Я был штуцерщиком на этом конвейере: наливал в плохо промытые водочные бутылки смесь воды и спирта, прикованный наручниками к горячей водопроводной трубе. На зарплату рассчитывать не прихо­ дилось, иногда приносили еду. Схема бизнеса убивала дикостью и простотой — минимум затрат, максимум прибыли. Компактно, эффективно, неброско. Вероятно, так были устроены многие современные производства, от фармацевтики до вареных штанов. Бежать мне удалось вечером в пятницу, когда привезли новую партию спирта. Спирт привезли на большом черном джипе вооруженные люди в черном. Нас раско­ вали, чтобы мы могли таскать бочки в подвал. Пока мы корячились, наши охранники начали дегустировать спирт и после пер­ вой не смогли остановиться. Вслед за ними, почувствовав слабину, нажрались ра­ ботники предприятия. Эксплуатируемые и эксплуататоры лежали на полу впере­ мешку, что говорило о высокой либерализации складывающихся в стране отноше­ ний. Ну а я? Я был как бы подшит, поэтому распихал по карманам полдюжины разных бутылок и смылся. Все, что мне нужно было знать о современной промыш­ ленности, я усвоил, и большего мне не требовалось. Деньги с продажи джинсов и иных скобяных изделий я положил в конверт, водку спрятал под кровать в съемной комнате на Коломенской. И то, и другое я намеревал­ ся презентовать каперангу. Конверт получился вдвое толще того, что он вручил мне в Ботаническом саду, водка выглядела как настоящая, но мне отчего-то казалось, что добыча еще не содержит в себе те «таланты», которые намеревался заполучить от меня старый гешефтер капитан Косберг. Подумав немного, я сел писать отчет. Привожу по памяти его окончательную редакцию: «Исходящий № 1/1. Только в руки Муачо (здесь: позывной Косберга). В мире бизнеса кооператоры являются низшей формой экономической жиз­ ни. Контролировать их деятельность представляется затруднительным в виду непредсказуемости и многочисленности, и непродуктивно — их платежеспособ­ ность низка. Почти никто из них не способен вырасти до размеров, позволяющих вмешиваться в политические процессы или вывозить капиталы за рубеж. Коопе­ раторы хаотичны, они заполняют собой возникающиерыночные пустоты, проса­ чиваясь в те щели, в которые не могут пролезть серьезные фирмы, чтобы не ис­ пачкать своего имиджа. Кооператоры есть перехватчики, потребители тех самых крошек, которые падают с разделочных столов крупного бизнеса. Кооператоры высеиваются в рыночном пространстве не прогнозируемо и стихийно, подобно сорнякам. Они рыхлят почву, унавоживают ее собственными банкротствами — в этом заключается их основная задача. Когда же (и если) им вдруг удается создать из грубой почвы финансово привлекательный чернозем, их вытесняют с унавоженного пространства структуры более высокой степени организации, как то: ОПТ, финансовые группы, коррумпированные госорганы. Исходя из вышесказанного, непосредственное воздействие на кооператоров не представляется мне рациональным. Прошу Вашего согласия провести проверку в рядах более развитых и спо­ собных к самоорганизации структур, контроль над которыми позволит нам (Вам) опосредовано управлять процессами, протекающими в бизнесе. Ваш Тореадор (такой позывной присвоил мне Косберг). Подпись Дата». ВИТАЛИЙ ЩИГЕЛЬСКИЙ ВРЕМЯ ВОДЫ