Сибирские огни, № 3, 2010

— Зачем смотрела? Я старался быть проще ради нее. — Интересно, — перед каждым ответом она усиленно думала. — Живешь здесь?— спросил я, почти зная, что не очень давно, не больше года. — Ага. С теткой. — Давно? — Давно, полтора года. — Иди сюда. — He-а. Боязно. — Да ладно, иди. — У меня парень в армии... танкист... — Невысокий? — Сам ты невысокий, нормальный. — Ладно, не обижайся. Вечером погуляем? — Ну, можно. Только недалеко. — Конечно, недалеко. Вокруг дома походим, поедим мороженого. — Мне мороженое нельзя, у меня гланды. Вот, — Надя запрокинула голову и открыла рот, как на приеме у ЛОРа. — Красивые, — соврал я. — А ты — нахал. Я понял, что комплимент ей понравился, и запомнил. Надя. В ее сердце для меня легко нашлось место. Я делил его с ее парнем — низкорослым танкистом, троечником и гопником. И еще с одним — низкорослым, но в армии не служившим, проживающим в далекой сказочной Индии, главным действующим лицом танцевальных мелодраматических боевиков с хорошим кон­ цом — артистом Кашпуром Данди. И с кудрявым продавцом сосисок возле метро Сенная, с которым ее связывали легкомысленные оральные переживания. В Нади­ ной голове все мы перемешались и странным образом сублимировались в некую пародию на мужчину с сигарой в зубах, букетом цветов и оттопыренными спереди штанами, для которого она стирала, шила, рожала детей, делала аборты, пока он курил свою сигару. Надя была последней, ну, или, может быть, предпоследней из огромного неког­ да племени честных давалок. Теплолюбивым, но честным давалкам негде было ук­ рыться от ледникового периода бесчувственных товарно-денежных отношений, в который окончательно и бесповоротно вступила наша страна. Объяснить этот кли­ матический сдвиг Наде казалось мне невозможным. Точно так же, как и объяснить, как надо жить, чтобы выплыть. Этого я сам точно не знал. Мне нужно было выпол­ нить некое, неопределенное границами понятий задание, и я надеялся, что тогда каперанг расскажет мне о своем плане. Глава 20. О ЛЕГКОЙ ПРОМЫШЛЕННОСТИ Девять дней расквартированный на Коломенской улице я разбирался в сущнос­ ти кооперативного движения и его основополагающих элементов — бандитов, лохов и непосредственно кооператоров. В этой системе лохам отводилась роль коренного населения плановой социалистической экономики, а бандиты и кооператоры играли роль варягов, нагрянувших внезапно и кучно, аккурат к началу распада великой империи. Бандиты, лохи и кооператоры формировали спрос и предложение на стихийных рынках, возникших на обломках старой системы. Они осваивались, вступали в кон­ такты, и на свет появлялись их нечистопородные помеси, несущие в себе явную двойственность: лохи-кооператоры, лохи-бандиты, бандиты-кооператоры-лохи. В обозримом пространстве больше не было никого. Все остальные либо уехали, либо ВИТАЛИЙ ЩИГЕЛЬСКИЙ Ж й ВРЕМЯ ВОДЫ