Сибирские огни, № 3, 2010

ВИТАЛИЙ ЩИГЕЛЬСКИЙ Щ ВРЕМЯ ВОДЫ — Ага. Ну, слышь, ты это, бухаешь сейчас? — Да я вообще не пью. — Ну, жаль. А то бы в баню ... — Нет. Давай, бывай. — Бывай. Прощаемся. И он отходит. Сан Саныч, не помню, из какой он «родины», а может, даже не Сан Саныч вовсе. Очень уж они однородны. Недообучены, недовоспитаны, недотренированы. И не в ладах с потенцией, но многоженцы. Те, которые не педрилы. Теперь такое допусти­ мо, хотя и неконституционно. Но, собственно, кому сейчас до конституции? С женщинами на балу казалось лучше. Половина здешних красавиц вышли из ткачих и прошли выучку на подводной лодке Косберга, где овладели знаниями о подводной и надводной формах жизни и подхватили фирменный знак — редкий штамм межпальцевого грибка. Невинности телесной ткачихи лишались рядом с танц­ площадкой в кустах, в далеком родном Иваново, а под неглубокими водами Карпов- ки расставались с наивностью души. Закаленный огнем, водой и медными трубами подводной лодки, особый отряд «выдр» устроился в морском городе с особым ком­ фортом, то, что для дорогих проституток считалось пиком карьеры, для «выдр» было только началом. «Выдры» обрабатывали мужей, а я обрабатывал «выдр». Я входил с ними в контакт для обмена информацией, паролями, шифрами, секретными данны­ ми и т.д. В некоторых светских «выдр» я входил глубже, чем мог себе позволить и представить их пузатый муж, или, как теперь принято говорить, «спонсор». Прочие лица прекрасного пола принадлежали к конкурирующим спецслуж­ бам. Включая танцовщиц и официанток. Мне захотелось выпить, но я не пил на людях. И не курил. И не влачился за шмарами и выдрами без профессиональной необходимости. Самое время поиг­ рать на рояли. Но я не умел играть. Уйти я тоже не мог, так как Косберг просил досидеть до конца. С какой целью — не объяснил. Не в его правилах кому-нибудь что-либо объяснять. Из развлечений оставалась еда. Я встал и пошел к составленным буквой «П» столам, которые уже наполовину опустели и местами были изрядно засалены. Я приговорил три куска сырой оленины, высосал несколько склизких моллюсков и завершил первый подход парой бутербродов с анчоусами. Еда приземлила мысли, я расслабился, став снисходительным к общественному уродству. Перед следующим заходом я собрался вставить ватный тампон обратно в ухо, уверенный, что ничего интересного не услышу. Как вдруг какие-то доселе неслыхан­ ные вибрации пронеслись в воздушном пространстве дворца. Это был полет хищни­ ка сквозь темную ночь. Это было электромагнитное излучение после взрыва атом­ ной бомбы. Это и было излучение. Это был голос. Чистый, сильный, опасный. Несу­ щий угрозу «Родине-6». И мне лично. Так показалось мне в эту минуту... — Ты будешь сидеть здесь, пока не научишься, — повторил Косберг, задраивая дверь каюты. — За что, каперанг? Что я вам сделал? — крикнул я, навалившись телом на дверь. — За что? — переспросил капитан, щелкнув замком. Голос его стал глухим. — Не думаю, что ты сейчас можешь это понять, Виктор, но объясню. Когда в семьдесят шестом на учениях, имитирующих захват США, пьяный мичман отвязал трос моего батискафа, я, старшина второй статьи, которому оставалась всего-то пара недель до приказа, оказался один на глубине шести тысяч метров. Я лежал на грунте в абсолют­ ной тишине, окруженный черной мертвой водой, и мне некому было задавать такие вопросы. Наверное, поэтому я и выжил. Только поэтому. У меня не было еды, воды, почти не осталось воздуха. Фотография моей девушки и та лежала под матрацем на