Сибирские огни, № 3, 2010

Быль это или небыль? Возле воды — всё просто: Я разбросала пепел, Ты собираешь звезды. Тысячелетий возраст Около моря проще: Я разбросала хворост, Ты собираешь рощи. Море. Метаморфозы. Мысли, близкие к тайне. Я разбросала слёзы, Ты собираешь камни. Москвич ли еще один переделкинский житель — Олег Чухонцев? (1-й номер журнала «Знамя»): 55-й (приписка к снимку), в парке, за школой и танцплощадкой... ты поправляешь в чулке резинку (классика психиатрии), украдкой я с безразличием пялюсь жадным на что-то белое и девичье, на... — но сбивается ракурс (рад нам или не рад, кто блюдёт приличья — эго за кадром)... — но я, занудой, сходство ловлю в тебе с тою голой, бабьидебелой и девогрудой фрау трофейной, перед которой мы так недавно ещё смущённо рядом стояли, став разом старше, пальцами соприкасаясь, ещё не осознавая, что будет дальше... Очень легко сказать, что на место советской «штамповки» поэтов пришла замечатель­ ная пора, когда они перестали быть похожими друг на друга. К сожалению, не перестали. Тем более что умирает как таковой институт редактуры, не говоря — саморедактуры. «Внут­ ренняя московскость», ощущение причастности к тусовке для многих и многих — непрео­ долимое искушение. Но поэт всегда один. В этом и трагизм, и благородство его места на земле. Цитируя Александра Тимофеевского (2-й номер «Дружбы народов»): Пойдем, исполнены смиренья, Туда, где осень сено косит, Где дева с детскою свирелью Слова безмолвно произносит. Слова, как “даждь нам днесь”, простые, Как хлеба вкус и запах сада, Слова, к которым мы остыли, А их-то нам с тобой и надо. А звуки те, что нас манили, И те, которым мы внимали, Подобны играм беса, или Напевам демона Тамаре. В.Н.